Точную дату появления шведов в восточной Прибалтике определить трудно, но, несомненно, она относится к довикингской эпохе. "Сага об Митингах" упоминает о шведских и других северных конунгах, которые ходили войной в те края, в частности в Эстляндию, вскоре после смерти Адильса и Хрольва Жердинки. Как мы уже замечали выше, Снорри, рассказывая о полулегендарном Иваре Широкие Объятия, приписывает ему не только власть над Швецией, Данией и Нортумбрией, но и завоевание чуть ли не всей Германии и некоей Восточной Державы, включавшей в себя восточную Прибалтику и русские земли в районе Ладоги. Говорится также, что Ивар утонул во время похода на Русь. Все эти истории мало что нам дают, так же как и те сомнительные сведения, которые можно извлечь из саг о древних временах и "Перечня Инглингов". Первое документальное свидетельство содержится в Житии Ансгара, написанном Римбертом в 870 г.: там сообщается, что жители Курляндии (современная Латвия) в прежние времена были шведскими подданными, но потом сбросили ярмо, ибо считали его постыдным. Они разбили данов в 850 г., однако Олав, конунг Бирки, повел на них шведов, сжег и сровнял с землей их крепость Зеебург и подчинил себе второй курляндский город — Апулию. В результате, как можно понять из рассказа Римберта (и перепевов этой истории, которые мы находим у Адама Бременского), Курляндия снова стала выплачивать шведам дань.
Упоминание о двух курляндских городах неплохо проясняет картину. Оно сразу отсылает нас к важнейшим центрам готландского и шведского влияния в восточной Прибалтике, Гробину и Апуоле, и указывает на то, что скандинавы проявляли некую активность в отношении них, по крайней мере в середине IX в., а то и столетием раньше. Готландцы и шведы, судя по всему, здесь сотрудничали, а не соперничали. В какой именно момент Готланд стал — и политически, и экономически — надежным союзником шведов, неизвестно (111). Остров, расположенный на перепутье между Данией, Швецией, восточной Прибалтикой и славянскими племенами, обитавшими на северо-германском побережье, был очень богат и совершенно беззащитен (112); Швеция, как можно предположить, издавна бросала на него жадные взгляды и в итоге захватила его. Когда Вульфстан в конце IX в. рассказывал Альфреду о своем плавании, Готланд принадлежал шведам, и, судя по всему, принадлежал уже довольно давно. Но в те времена, когда процветали Гробин и Апуоле, культура готландцев, тогда еще независимых и богатых, несколько отличалась от культуры их соседей-шведов: отличие было не слишком сильным, но археологические находки, относящиеся к тому или другому народу, возможно различить.
Гробин ныне — маленький городок в нескольких километрах от Лиепаи. Древний город, однако, немногим уступал Хедебю или Бирке. Он был обнесен стеной и защищен с трех сторон рекой — Аланде. Поблизости обнаружены три довольно обширных «кладбища». Некоторые захоронения принадлежат выходцам из Центральной Швеции: умершие похоронены с оружием, сверху насыпан курган. В то же время найдено немало мужских и женских погребений готландцев (или, по крайней мере, людей, как-то связанных с Готландом). Шведские находки с центрального участка указывают на военную элиту, готландские — на «штатских» людей, и исходя из этого можно предположить, что шведы занимались в Гробине "делами войны", к примеру собирали дань. Готландцы же не воевали и не пиратствовали; они поселились в городе со своими женами и занимались мирной торговлей. Первые захоронения датируются около 650 г., и сожжения продолжались до 800 г. Какое отношение Гробин имеет к упомянутому Римбертом Зеебургу, пока точно не установлено.
В 40 километрах к юго-востоку, на северо-западе Литвы, располагался другой крупный скандинавский город — Апуоле, Апулия Римберта. Он стоял на реке Барте; при раскопках выстроенной рядом с ним крепости обнаружено множество наконечников стрел, явно не прибалтийского и, вполне возможно, шведского изготовления: некоторые ученые (весьма смело) предполагают, что эти стрелы были выпущены шведским войском, атаковавшим город в 855 г. Судя по захоронениям, готландцы жили в Апуоле примерно в то же время, когда и в Гробине. Находки, говорящие о присутствии шведов, встречаются и в других местах в окрестностях Гробина.
