С этого момента юридические возможности по возвращению Бута домой, включая апелляцию на последнее решение суда, были окончательно исчерпаны. В этом отдавала себе полный отчет семья россиянина. «Теперь, чтобы вернуть Виктора домой, уже не нужны адвокаты. В его деле теперь нужна только воля государства, — заявила Алла Бут. — Понятно, что в нынешней обстановке в отношениях между Россией и США такое глубоко политизированное дело, как дело Бута, непросто будет сдвинуть с места в сторону возвращения моего мужа в Россию. Однако никакого другого положительного решения, кроме политического и дипломатического, в этом деле уже не может быть. Иначе Виктору придется сидеть в американской тюрьме все 25 лет»[165].
И это притом что американские власти еще в 2012 году заявляли о своей готовности рассмотреть запрос России относительно возможности отбывания Бутом наказания на родине. По крайне мере, об этом объявил генеральный прокурор США Эрик Холдер в беседе с заместителем генерального директора ТАСС Михаилом Гусманом.
Представить, что американский генпрокурор мог не знать о существовании такого договора между Россией и США, невозможно. Ведь соглашение между Москвой и Вашингтоном о взаимной правовой помощи по уголовным делам (ДВПП) было подписано еще в 1999 году и после процедуры ратификации вступило в силу в конце 2002-го[167]. «С завершением процесса ратификации становится возможным возобновление диалога по Договору о взаимной выдаче осужденных и заключенных и ряду других договоров между Россией и США в правоохранительной сфере», — тогда же отметили в МИД РФ[168].
Но до сих пор диалог по этому вопросу так и не привел к каким-либо результатам. Причина? По данным управления экстрадиции Генеральной прокуратуры РФ, американцы упорно отказываются заключать соответствующее соглашение[169]. Да и практика исполнения ими подписанного ДВПП оказалась весьма далекой от того, на что рассчитывали в России.
«Российские граждане арестованы по очень сомнительным обвинениям, нам ничего не говорят, российским правоохранительным органам предварительную информацию американцы не дают, как минимум, не выполняя, а по большому счету, реально нарушая двусторонний договор 1999 о взаимной правовой помощи по уголовным делам, — отмечал в январе 2015 года уполномоченный МИД РФ по вопросам прав человека, демократии и верховенства права Константин Долгов. — Это уже тенденция, негативная и печальная тенденция. Конечно, когда наших граждан экстрадируют на территорию США, то никакого справедливого правосудия они, безусловно, ожидать, к сожалению, не могут»[170].
В случае Бута запрос, о котором говорил американский генпрокурор Эрик Холдер, был подготовлен и направлен министерством юстиции РФ в Вашингтон осенью 2012 года. Ответ не заставил себя долго ждать — уже 10 ноября минюст США отказал в передаче Виктора для отбывания наказания на родине, обосновав отказ серьезностью совершенного преступления, возражениями со стороны правоохранительных органов, а также тем, что такая возможность исключается ввиду якобы имевшегося криминального прошлого Бута.
«Ответ американцев носил издевательский характер. Так же они отказали в отношении Константина Ярошенко. С учетом того, что подобные запросы можно подавать только один раз в 2–2,5 года и на фоне нынешнего состояния российско-американских отношений никаких перспектив его исполнения Вашингтоном не просматривается, второй раз мы этого даже не делали», — пояснила мне жена Бута.
Впоследствии стало предельно понятно, в чем заключается истинная причина отказа американцев. Являвшаяся на тот момент помощником госсекретаря США Виктория Нуланд (та самая, что раздавала украинцам печенки на Майдане в 2014 году) категорически заявила нашим дипломатам: не согласившийся на сделку с американцами Бут продолжит сидеть в американской тюрьме для примера другим! «Я не раскрою никакого секрета, сказав, что во время переговоров о вероятном обмене Виктора и Ярошенко помощник госсекретаря США Виктория Нуланд сказала представителям российской стороны: Бут и Ярошенко будут сидеть в США в назидание другим», — отмечала Алла Бут[171].