— А чего ждать до вечера, ваша почтительность, — подзуживал я. — Цепочка у него в кармане штанов. — Затем вышел в режим ускорения, засунул полицейскому цепочку в карман и вышел из ускорения, встав с безмятежным видом.
— Подойди! — тихо приказал констеблю барин. Тот послушно приблизился. — Ближе, — прошипел начальник, и мне почудилось, что в комнате появился удав Каа, вот сейчас он скажет: "Еще ближе, бандерлоги". Но вместо этого я услышал: — Выворачивай карманы!
Полицейский с обиженным видом стал выкладывать все, что у него было в карманах. Перочинный нож, завернутый в бумагу бутерброд с колбасой. Пачка папирос. Мелочь монетами, и среди нее блеснула цепочка.
— Крыса! — выдохнул барин и с размаху ударил констебля по лицу кулаком. Видимо, он в этом деле поднаторел. Удар свалил полицейского с ног.
— Твое? — повернул ко мне красное лицо полицмейстер.
— Это смягчающие обстоятельства, ваша почтительность, — отозвался я и скромно потупился.
Барин сгреб серьги и цепочку со стола, высыпал в красивый маленький мешочек, который вытащил из нагрудного кармана, убрал мешочек в тот же в карман и прорычал:
— Свободен!
Перед тем как уйти, я вновь нырнул в режим ускорения, достал мешочек и забрал свое золото, а в мешочек насыпал раздавленные папиросы полицейского и мелочь, взятую со стола, после чего вернул мешочек на место.
— Привет барыне, — проговорил я.
Вышел из режима ускорения и, кланяясь, попятился. Выскочив из кабинета, опрометью бросился вон. Кстати, деньги свои я тоже забрал, они лежали рядом с мешочком. Ну может, не только свои прихватил. Пересчитывать было некогда. На улице поймал такси и велел везти меня в ресторан "Веселый искатель".
Водила странно хмыкнул, сделал разворот и, отъехав метров на пятьдесят, остановился возле знакомого мне здания.
Точно, я тут был. Вон и лавочка, на которой я уснул. На большой вывеске красовалась надпись "Веселый искатель".
— С тебя дэрик, парень, — улыбаясь во весь рот, назвал цену таксист.
Я достал деньги, нашел бумажку номиналом три дэрика, получил сдачу и выскочил из машины. Уже взбегая по лестнице, я понял, что умею читать и считать. Я разбирался в местной валюте.
В полупустом зале за огороженным ширмами столиком сидели мой друг Жюль и толстый мужчина лет тридцати. Жюль меня увидел и замахал руками. Когда я сел, он укоризненно сказал:
— Ну где ты ходишь? Мы тебя полтора часа сидим ждем. Наш друг Ларозин уже собрался уходить.
— Простите, господа, — с улыбкой ответил я, — задержался у своего старого знакомого, местного полицмейстера. Относил его жене подарок.
Жюль вытаращил глаза, но промолчал, а толстяка проняло. Он как-то сдулся и даже стал выглядеть более худым.
— Ну вы уже все, наверное, обговорили? — продолжая улыбаться, сказал я. — И, наверное, определили цену?
— Ну да… — отозвался Жюль, который смог захлопнуть отвалившуюся челюсть.
— Сколько стоят наши услуги? — поинтересовался я.
— Мы обговорили все и пришли к тому, что все стоит тысячу дэриков.
— Ну что же, пусть наш друг добавит еще сотню дэриков, и я расскажу, как можно добыть топотуна и хозяина болот.
— Но мы уже определились с ценой! — возмущенно воскликнул не ожидавший изменения суммы толстяк.
— Все верно, — согласился я. — Но и жена полицмейстера дешевые подарки не принимает.
Наш "деловой партнер" кхекнул и выдавил:
— Я согласен. Эта дамочка действительно дорого стоит.
Что он имеет в виду, мне было непонятно, и еще очень странный взгляд толстяка подтолкнул меня к мысли, что барыня та еще штучка.
Он выложил две бумажки по пятьсот дэриков и одну номиналом в сто. Жюль быстро их убрал, затем достал череп и положил на стол. Череп исчез моментально в мешке нашего "охотника". Так же быстро исчезли голова птички, шкуры и змейка.
— Значит, так, — начал инструктировать я толстяка, — чтобы добыть этих тварей, нужно сначала запустить поющую голову. Потом из лука их расстрелять. Но стрелы должны быть со взрывчаткой. Метиться нужно в голову. Все понятно?
— Нет. Какая должна быть взрывчатка?
— Такая, которая взорвется при ударе стрелы о голову, — быстро ответил за меня Жюль.
Толстяк, приготовившийся записывать "Повесть временных лет" о нашем походе по зоне, недоуменно уставился на нас.
— Это все? — не веря, спросил он.
— А что, мой друг не рассказал вам подробности нашего похода?
— Нет.
— Тогда доставайте голову певца и слушайте. — Я нахмурился, словно вспоминая, и начал говорить: — Это было в заброшенном поселке…
— Ну и мастак ты врать, Ирри! — восхищенно поцокал языком Жюль, когда мы ехали на автобусе в славный город Хай Дол. Задерживаться в поселке не стали по моему настоянию и, как только расстались с "покупателем историй", покинули город. Автобусы ходили в столицу уезда три раза в день. Мы уехали на последнем. Дорога была ровной. Автобус катил мягко, и эта поездка вгоняла меня в сонливое состояние.
— Когда ты успел познакомиться с полицмейстером и его женой? — шепотом спросил меня Жюль. — Говорят, она весьма страстная особа и отдается любому за дорогие подарки.
