— Ха-ха! Шутник, — рассмеялся "поросенок", и его щеки заколыхались, как студень. — Что тебе положено, на то положено. Понял?
— Понял, — спокойно ответил я и, понимая, что хуже мне уже не будет, схватил толстяка за шиворот и под его удивленные и возмущенные крики без труда закинул в камеру обработки. Закрыл дверь. Запустил газ, нажав кнопку "Обработка", подождал и крикнул:
— Не дыши!
Нажал кнопку "Вытяжка":
— Дыши!
Открыл дверь камеры, и оттуда вывалился красный, с вытаращенными глазами мой провожатый. Он на четвереньках пополз прочь.
— Куда? — Я схватил его за воротник и вновь встряхнул. — Ну что? Ты мне и брату новые комплекты сделаешь?
— Я тебя… — засипел он и попытался кулачком двинуть мне по лицу.
— Не понял, значит, — улыбнулся я и зашвырнул толстяка обратно в камеру. Повторил операцию и открыл дверь. — Ну что, понял, что мне положено?
— Э-эх… тьфу… Понял-понял… кхе-кхе, — закашлялся он. — Сейчас принесу.
Так я ему и поверил. Но сказал вслед:
— Неси.
Вскоре он вернулся с тем военным, что встречал нас у автозака. Тот взглянул на меня и спросил:
— Этот, что ли, бунтует?
— Этот, — подпрыгивая от нетерпения, пропищал толстячок.
Его напарник достал дубинку и направился ко мне. Он шел молча, с явным намерением хорошенько отделать меня. Привыкший к безнаказанности, он и не помышлял о сопротивлении рекрута.
Я подождал, когда он замахнется своей дубинкой, и быстро оказался за его спиной. Отобрал дубинку и пинком под зад зашвырнул в камеру. Затем молниеносно ухватил толстяка и его, испуганно пищащего, затолкнул следом. Закрыл дверь, нажал кнопку "Обработка". Объяснять им, что дышать не надо, не стал, опытные, сами догадаются. Подождал дольше обычного и очистил камеру от газа. Но когда я открыл дверь камеры, то увидел, что мне попались ребята недогадливые. Толстяк стоял на коленях весь в блевотине, второй кашлял и задыхался, лежа в его блевотине. Он держался за шею и, громко сипя, с трудом дышал. Оба буквально выползли из камеры.
— Не будет новой формы, заберу вашу, — спокойно оповестил я о их ближайшем будущем и, разглядывая этих двоих, покачал головой. — Красавцы! — Увидев, что они немного пришли в себя, прикрикнул: — А ну, быстро новые комплекты несите!
Их как будто сдуло резким порывом ветра. Они моментально исчезли и вернулись с подкреплением в виде двоих солдат с электрошокерами.
Вскоре все четверо парились в душегубке. Из раздевалки они уползали как обычно, на четвереньках. А когда вернулись, то с ними был огромный дядька с руками толще моих ног. Ага, вот и адвокат, догадался я.
— Адвокат! — обратился я к нему. — Хочешь сто дэриков?
Тот остановился на полпути ко мне и пробасил:
— Хочу.
— Тогда слушай меня и поучи этих парней уважать рекрутов, заставь их принести сюда два комплекта нового обмундирования. — В моих руках появилась купюра в сто дэриков.
Адвокат жадно облизнулся и повернулся к воякам.
— Нет, Адвокат! Нет! — запищал "поросенок" и первым улетел в угол. Громила занял выход из раздевалки и по очереди лупил своих незадачливых товарищей.
— У толстячка тоже сто дэриков есть! — крикнул я и засмеялся. — Он хочет их тебе отдать.
У толстяка текла из носа кровь. Он увидел, как к нему направился "ужас призывного пункта", и тут же вытащил две бумажки.
— Вот, возьми, только не бей! — взмолился он, протягивая купюры дрожащими руками.
— Адвокат, хватит с них, — приказал я. — Пусть толстяк несет обмундирование. — Я подошел к громиле. — Молодец. Вина хочешь?
— Хочу.
— На. — Я достал бутылку вина из сумки. — Заслужил.
Толстяк, на свою беду, явился с пожилым военным, который забирал у меня заявление. Тот молча осмотрел раздевалку и на крик толстяка: "Штабфютер, здесь бунт!" — отвесил тому подзатыльник.
— Изя, что здесь произошло? — спросил он у меня.
— Да вот они, — я показал на военных, — не хотели выдать мне новое обмундирование, и Адвокат их учил уму-разуму.
— М-да, — вздохнул штабфютер. — А ты, Изя, проблемный парень. Ты что, не понимаешь, что это может повлечь малоприятные последствия?
— Уважаемый, — невозмутимо ответил я, — в моем положении бояться поздно. Меньше года не дадут, дальше фронта не пошлют.
Штабфютер усмехнулся:
— Будут тебе и брату новые комплекты. — Он еще раз оглядел избитых солдат. — Я бы тебя, Изя, у себя оставил, но ты меры не знаешь. Мог бы договориться по-мирному, а ты драться начал. Нехорошо. Что пообещал Адвокату?
— Сто дэриков.
— Ну да, за сотню монет он полгорода порвет. Надо от него избавляться.
Утром на стол Ингорилу легла сводка за прошедшие сутки. Он бегло ее прочитал и в гневе стукнул кулаком по столу.
— Идиот! — не сдержавшись, выругался он. — Какой идиот!
Он встал и направился на выход. У кабинета начальника управления дорогу ему преградил адъютант.
— Дженерфютер занят, он не может сейчас вас принять, — скороговоркой произнес офицер и, раскинув руки, закрыл своим телом дверь.
