Лет десять раньше почти так же восторженно прославлялся Васнецов многими критиками (в том числе и мною) как возвеститель русской “самобытности”, вдохновенный мистик, художник национальных откровений. Не прежний Васнецов, писавший мужичков и мещан с передвижническим юмором, а Васнецов новый – декоратор Владимирского собора, автор “Сестрицы Аленушки” и “Снегурки”.
С тех пор мы узнали, что наивной была наша вера, Васнецов не кажется больше ни гениальным учителем, ни вдохновенным мистиком. Открытый им путь остался – путь к народной красоте, о которой прежде мы знали непростительно мало, но сам он, как живописец, как мастер, отошел в ряды заурядных и заблуждающихся. Он разочаровал как-то сразу. Внезапно возвеличенный – столь же внезапно потерял свое обаяние. На последней выставке в Академии художеств (1905 года) все чуткие поняли: великого Васнецова не стало…
Как это случилось? Отчего в промежуток пяти-шести лет могла произойти такая “переоценка”?
Мы знаем. Именно в это время завершилась в России эволюция художественного вкуса, которая началась еще в 90-е годы, – переставилась точка зрения на живопись. После нерешительных блужданий между старым берегом доморощенной художественной идеологии и “новыми берегами” западного искусства мы научились требовать от живописца прежде всего хорошей живописи – благородства тона, рисунка, вдохновенного знания ремесла, радости для глаз. Мы убедились, что не идейное намерение, а форма – ценное и вечное в живописи: краски, свет, гармоничность воплощения, прекрасная плоть искусства. Если этого нет, обаяние картины – только преходящая иллюзия»[620].
Несложно представить как ранимый художник мог остро реагировать на подобную критику. Можно предположить, что именно этот столь резкий отзыв Сергея Маковского стал одной из основных причин того, что Виктор Васнецов решил прекратить сотрудничество с Императорской Академией художеств, как много лет назад, в юности, он, вновь выражая протест, порвал с Академией и ходатайствовал в официальном письме об исключении его из действительных членов своей Alma mater. В самом конце того же 1905 года получил следующее извещение:
«Петербург, 29 декабря 1905 г.
Академия художеств
Милостивый Государь, Виктор Михайлович
Министр Императорского Двора 13 декабря 1905 года за № 9524 довел до сведения Августейшего Президента Академии художеств, что по всеподданнейшему докладу 10 сего декабря последовало Высочайшее Государя Императора соизволение на удовлетворение ходатайства Вашего об увольнении Вас, согласно Вашей просьбе, из состава действительных членов Императорской Академии художеств.
Сообщая об изложенном, имею честь покорнейше просить Вас, Милостивый Государь, принять уверение в совершенном почтении и преданности»[621].
Первые два десятилетия ХХ века, полные испытаний в истории России, были также наполнены тревогами и драмами в жизни художника. С началом Первой мировой войны Виктор Васнецов глубоко переживал происходящее, следил за новостями с фронтов, в порыве патриотических устремлений разрабатывал эскизы военной формы для солдат императорской, впоследствии Белой армии. Головной убор этой формы представлял собой стилизацию древнерусского стиля, шинель – подобие стрелецкого кафтана. По воле судеб или парадоксальному ходу исторических событий, эскизы Васнецова были использованы не белым, а красным движением, став основой, в частности, знаменитых «буденовок», которых ранее называли «богатырками»[622]. Художник, конечно, не мог и предположить, что большевиками во главе с председателем Реввоенсовета Львом Троцким на его стилизованном «шлеме» будет помещена красная пятиконечная звезда.
Гражданская позиция Виктора Михайловича проявилась и в других его работах. По его эскизам было создано множество хоругвей с иконами. Художник вместе с членами «Союза Михаила Архангела», основанного Владимиром Пуришкевичем[623], участвовал в подготовке к изданию и оформил обложку «Книги русской скорби», в которой поименно перечислялись все жертвы террористических актов 1905–1907 годов.
После событий 1905 года художник стал членом организации Союз русского народа[624], выражая протест против революционных потрясений, грозящих захлестнуть Россию. По его рисунку для этого политического объединения был выпущен значок, на котором изображен святой великомученик Георгий Победоносец, поражающий копьем дракона – извечное воплощение темных сил. Носили этот значок члены объединения, в том числе император Николай II и наследник престола цесаревич Алексей.
