Аполлинария Васнецова связывали с Владимиром Танеевым и дружеские отношения, и близость политических взглядов. Оба в тот период, в отличие от Виктора Васнецова и Петра Чайковского, поддерживали революционные выступления. Владимир Танеев как адвокат защищал в суде «нечаевцев», которых обвиняли в терроризме. Позднее он решил отдалиться от правовой деятельности, жил в своем поместье, часть угодий сдавал под дачи единомышленникам – людям науки и культуры. Сюда приезжало много студентов, химиков и ботаников, и все дачники очень щепетильно оценивались, словно «отбирались» владельцем поместья, который решал, сдавать ли помещения тому или иному претенденту. После 1917 года поместье у Владимира Танеева было отобрано. Аполлинарий Васнецов, неравнодушно относившийся к этому поместью, где рос его сын, где он сам много писал те лирические, ясные, наполненные светом пейзажи[610], сочувствовал другу, но повлиять на развитие событий не удавалось. Когда владения Танеева были заняты большевиками в домашней библиотеке нашли переписку хозяина усадьбы с Карлом Марксом, а также едва ли не все его основные труды теоретика капитализма, представленные в доме среди прочих книг, последовал иной приказ властей: «Танеевых не трогать». Один из флигелей дома был возвращен хозяину, как политически благонадежному, где он и проживал до конца жизни. Хотя насколько Владимир Танеев поддерживал революцию после событий 1917 года, остается дискуссионным вопросом.
Если Виктор Васнецов был по-прежнему тверд в антиреволюционной направленности своих взглядов, то Аполлинарий приходил к ним постепенно. Однако главное, что отныне их политическим разногласиям, из-за которых братья, однажды поссорившись в предреволюционный период, не разговаривали несколько лет, был положен конец. Постепенно Аполлинарий Михайлович начал понимать, что революционные призывы, идеи свободы равенства и братства, которым он был так предан и в молодые, да и в зрелые годы, в действительности обернулись в России хаосом, вопиющими беспорядками, разнузданностью, вседозволенностью. В Москве, как и в Петрограде, как и в провинции, остро ощущалось тяжелое экономическое положение страны, не хватало дров и угля, нечем было топить. Если Виктору Васнецову все же с большим трудом удавалось их доставать и топить печи, им же спроектированные в собственном особняке, то семья Аполлинария Васнецова оказалась в более сложном положении. Дом, в котором они проживали, был построен в 1903 году в соответствии с новейшими техническими достижениями – электрическим освещением и центральным отоплением, когда вода подавалась на этажи из подвала. Однако после Октябрьской революции 1917 года отопительная система уже не работала, начался холод, семья вынуждена была использовать печку-буржуйку, которая могла обогреть только одну крошечную комнату, в которой все они – художник с супругой и сыном Всеволодом – вынуждены были ютиться.
Многие годы «певец» старины прожил в древней столице, где его интерес к изучению древностей Руси оформился в научную деятельность – он работал в Московском археологическом обществе, а именно: в Комиссии по сохранению древних памятников и в Комиссии по изучению старой Москвы. «Старая Москва», как самостоятельное научное объединение, образовано при Николае II и успешно вело деятельность под разными наименованиями вплоть до 1930-х годов, в дальнейшем вошло в состав общей системы областного краеведения. Его комиссии составляли историки, археологи, этнографы, географы и специалисты других профилей, которые осуществляли археологические раскопки, сбор различных документальных данных и их интерпретацию, изучение памятников архитектуры и прикладного искусства, реставрацию и сохранение особо ценных сооружений во время нового строительства в столице.
Аполлинарий Васнецов занимал в «Старой Москве» видное место – не только по степени вклада в науку и уровню подачи своих исследований, но и вполне буквально, занимая должность председателя, а затем почетного председателя организации с 1918 по 1930 год. Фактически он руководил всей работой по сохранению культурного наследия столицы, включая экспертизы архитектурных памятников, составление экскурсионных маршрутов, создание карты мемориальных мест. Научная работа и организаторская деятельность сочетались с постоянным художественным творчеством, которое было высоко оценено, признано критиками советской России и за рубежом.
