Мне не понять, напрасно и стараться,
о чём напомнил прах сухих акаций –
но да – напомнил – что и почему?
Природа этих странных аберраций,
как многое на свете, друг Горацио,
уму непостижима моему…
О розе
Белый лист: появляются первые знаки,
Возникают слова, комбинации, фразы,
Проясняются формулировки – признаться,
Я люблю сочинение пусть несуразных,
Обращённых к Всевышнему жалоб и кляуз –
Не хватает чернильной разлапистой кляксы…
Возмущенью бегущей строки нет предела:
Искривиться бы, вылезти в три измеренья –
Но линейность пробега по плоскости белой
Превращает ткань хаоса в стихотворенье,
И не вырваться слову из строгого плена
Равномерной скупой геометрии ленты…
Закрываю глаза: в средоточии строчек,
Букв, тире, запятых, двоеточий и точек
Не содержится главного – розы уплывшей
По зелёной воде ледяного теченья –
Без неё, я боюсь, меня Бог не услышит
И забудет опять обо мне по прочтении…
Неохота словам рисовать эту розу –
Раз за разом выходит из знаков бездушных
То железная роза, то роза из бронзы –
Тонет роза в созвучиях грузом ненужным –
Мне такой материал непригоден тяжёлый –
Цвет у розы, плывущей в воде, бледно-жёлтый:
