— Мисс Муди не сразу взялась за дело. Иначе и быть не могло. В отсутствие мистера Бродского она, вероятно, хорошенько все продумала. Потому что, видите ли… — Он замялся, не зная, как деликатнее выразиться, но потом вспомнил, что вообще-то на шашни Бродского с архитекторшей намекнула ему королева. — У него была назначена тайная встреча. С одной из ваших гостий. — Он взглянул на Ее величество: непохоже, что ей понадобится нюхательная соль. И все равно докладывать Елизавете II о подобных вещах ему было неловко.
— Мистер Бродский спустился в апартаменты к этой… даме и… все прошло хорошо. — Он почувствовал, что краснеет. — Потом он вышел во двор покурить. — Сингх кашлянул. Рассказ давался ему нелегко. — Когда он вернулся к себе, мисс Муди под выдуманным предлогом явилась к нему в комнату. В конце концов, они же знакомы со школы. Возможно, она рассчитывала его соблазнить, но вряд ли он… Ему, наверное, уже… в общем, он устал. И, очевидно, где-то под утро она его убила. Учитывая, что у него были сломаны шейные позвонки, скорее всего, она задушила его руками, а потом уже повязала ему на шею поясок. Он не ждал от нее ничего дурного, и ей наверняка не составило труда застать его врасплох. Она была невысокая, но сильная. Скорее всего, имела соответствующую подготовку. Вдобавок ею двигало отчаяние.
— Это ужасно, — сказала королева, и Сингх вдруг почувствовал себя так, словно рассказывает о страшной смерти молодого музыканта неравнодушной слушательнице, а не докладывает государыне о расследовании, и вспомнил те давние дни, когда дежурил в полиции.
— Да, мэм, — тихо проговорил он и заметил, что она прижала ногу к лежащей на полу собаке. Ему вдруг захотелось взять королеву за руку, но он, разумеется, не осмелился, и желание это прошло так же быстро, как появилось.
— Нужно было что-то делать с телом. Утром наверняка возникли бы вопросы. Она решила инсценировать несчастный случай. Больше всего она испугалась, что начнется расследование, да еще и гласное, и моментально выяснится, что настоящей Рейчел Стайлз в замке не было. Значит, необходимо сделать так, чтобы это оказалось трудно проверить. Но каким образом?
Вопрос был риторический, Сингх собирался дать на него ответ, но королева его опередила.
— Впутать в это дело меня, — мрачно сказала она. — Обставить все настолько омерзительно, что, если станет известно о случившемся, пострадает моя репутация.
Она была совершенно права, и Сингх изумился, как быстро она догадалась — так, словно уже знала.
— Именно, мэм, — кивнул он. — Мисс Муди инсценировала несчастный случай. Сняла с мистера Бродского одежду, надела на него халат, который выдают гостям замка. Обвязала его шею пояском, затянула узел, затолкала убитого в шкаф, второй конец пояска привязала к ручке. Но неправильно завязала узел…
— Мне известно про второй узел, — напомнила королева.
— Да, мэм. Разумеется. Поначалу нас сбило с толку, что на теле, между шеей и поясом, обнаружили волосок, который, как мы выяснили, принадлежал доктору Стайлз. Должен признать, из-за этого следствие на какое-то время зашло в тупик. Видимо, волосок упал с платья доктора Стайлз, в котором была мисс Муди.
— Так она была в чужом платье?
— Почти наверняка, мэм. Нам удалось выяснить, что она приехала в замок с чемоданчиком доктора Стайлз.
— Правда?
Сингх немного удивился. Странно, что королева заинтересовалась не чем-нибудь, а именно чемоданчиком. Да еще так искренне.
— Утром чемоданчик забрали из квартиры доктора Стайлз. По описанию он совпадает с тем, с которым мисс Муди прибыла в замок. Судя по размеру и форме, в нем наверняка были бумаги для совещания и платье для фуршета. Впоследствии чемоданчик пропал, так что наверняка мы не знаем.
— Да, — кивнула королева. — Да. Понимаю.
Взгляд у нее был странный. Проницательный. Задумчивый.
— Чемоданчик не играет существенной роли в расследовании, — услужливо заметил Сингх.
— Пожалуй, вы правы. Будьте добры, продолжайте.
— Что же до волоска, вряд ли мисс Муди специально оставила его на трупе. Она стерла отпечатки пальцев доктора Стайлз с тюбика губной помады, чтобы нельзя было определить ДНК. Потом оставила на тюбике отпечатки пальцев мистера Бродского и бросила помаду возле трупа.
— И трусики, если мне не изменяет память, — добавила королева. — Кстати, чьи они были?
Сингх диву дался — надо же, Ее величество подмечает мельчайшие детали, но потом вспомнил: Хамфрис настаивал, что трусики якобы принадлежат слуге королевы, и ее это явно задело.
— Мы считаем… — голос его дрогнул. — Э-э-э, судя по тому, что обнаружили в ванной комнате доктора Стайлз… она… в общем, у нее была менструация, мэм. Насколько мне известно, женщины в таких случаях берут с собой сменные…
— Ясно. Спасибо, комиссар.
— Вот мисс Муди и воспользовалась ими, чтобы представить все таким образом, будто мистер Бродский скончался в разгар…
— Да-а-а, — печально протянула королева. — Ее школьный товарищ… был незаурядным молодым человеком. Я с ним танцевала.
— Мне жаль, — сказал Сингх.
— Да. Мне тоже.
