Дельта реки Иравади вообще и район Рангуна в частности были весьма густонаселены, ибо это один из главных рисоводческих районов мира. Его организовала на рубеже XIX-XX веков английская колониальная администрация, оценившая тамошний потенциал. (До прихода англичан рис в этом регионе выращивали только для местного потребления.)
Бирма, в отличие от соседних Индии и Китая, не только много лет не знала голода, но и снабжала рисом всю Британскую империю! После установления в XIX веке английского господства в этот благодатный край начали переселяться, причем в большом числе, индийцы. Англичане им в какой-то степени покровительствовали. Да и административно Бирма до 1937 года была объединена с Индией. Постепенно часть индийцев стала подниматься по социальной лестнице. Ко времени, описываемому мною, многие из них уже были уроженцами Бирмы. Среди индийцев имелись и люди богатые, и средний класс, и беднота. Ничего специфического в этом нет. Такое положение складывалось во многих странах. Спецификой же Бирмы можно считать то, что, поскольку главной отраслью там было рисоводство, разбогатевшие индийцы охотно вкладывали капиталы в землю. И к началу войны большинство землевладельцев-помещиков в дельте Иравади были не бирманцами, а индийцами. (Многие собственно бирманские феодальные роды были уничтожены англичанами ещё в XIX веке при завоевании Бирмы.) Торговцами и ростовщиками тоже выступали выходцы из Индии (или их сыновья). Крестьяне-арендаторы, напротив, были бирманцами — ситуация всегда взрывоопасная.
Но бирманцы не любили индийцев вообще. В частности и потому, что беднота, продолжавшая приезжать из Индии, сбивала цену на рабочую силу. В предвоенные годы дело доходило до попыток индийских погромов, хотя индийцы не шли, как бараны, под нож, а отбивались.
Антииндийские выступления шли под буддистским знаменем. Среди индийцев были и мусульмане (из Бенгалии). Их нападки на буддизм, который они считали идолопоклонничеством, спровоцировали взрыв в 1938 году. Били, конечно, не только мусульман, а всех индийцев — в таких случаях в тонкости не входят. Во главе погромных толп шли буддистские монахи. Так что и буддизм можно использовать для разжигания ненависти, о чем ещё будет упомянуто.
Все же при англичанах в основном был порядок. Но власть Англии теперь рушилась. Причем японцы в 1942 году полностью были на стороне бирманцев (японцы и бирманцы «желтая раса», a индийцы европеоиды или, реже, негроиды). И бирманские отряды даже действовали в составе японской армии. Словом, приближения японцев индийцы ожидали с ужасом, бирманцы — с восторгом.
Предвоенный Рангун был городом более чем наполовину индийским. От портовых грузчиков до крупных коммерсантов, среди чиновников и полицейских, всюду преобладали индийцы. При приближении японцев началось бегство. Первая волна беженцев (более 200 000 человек) хлынула на запад, по дорогам и бездорожью, стремясь выйти к тем пунктам побережья, куда могли подойти посылавшиеся из Калькутты корабли. Уже тогда было много жертв и трагедий.
Скоро японцы заняли побережье. Тогда волна беженцев хлынула на север — туда, где еще держалась английская военная власть. Сухопутная граница Индии с Бирмой была тогда мало где проходима. Все это оказалось на руку японцам. Беженцы забили дороги, не давали двигаться войскам, их надо было кормить, в их лагерях вспыхивали эпидемии. Центром событий стала «северная столица» Бирмы — город Мандалай. Туда и прилетел Вингейт, для изучения возможностей организации партизанской борьбы в Бирме.