Стоит особо отметить, что не все деньги, полученные арабами от евреев, пускались по ветру. В отчете английской комиссии Пиля (1937 год, см. дальше) отмечался рост арабской экономики за годы мандата. Уменьшилось количество заброшенных и неиспользованных земель в руках арабов. Площадь окультуренных земель в их владениях росла. Очень сильно увеличилось за это время количество арабских цитрусовых плантаций и оливковых рощ, а также других сельскохозяйственных угодий. В городах появилась мелкая и даже средняя арабская буржуазия, частью христианская. (Вообще годы английской власти в Стране Израиля были хорошим временем для арабов-христиан). Бывали случаи, когда евреи работали у арабов, но, конечно, чаще бывало наоборот. Состоятельные арабы покупали акции еврейских компаний.
Этому относительному расцвету способствовали разумная политика мандатной администрации, пример евреев, возникновение рынков сбыта продукции сельского хозяйства в выросших еврейских городах, но в основном — полученные от евреев деньги (большей частью плата за не обрабатывавшиеся до того земли).
Но самое интересное то, что за Иорданом, где закрепился эмир Абдалла, где евреев не было, арабы их приглашали! Можно сколько угодно говорить о недостаточно быстром экономическом развитии страны при сионистах. Но к началу 30-х годов всем было понятно, что там, где нет в нашем регионе евреев, там нет развития. Нефтяной бум ведь еще не начался. И стали заиорданские арабы приглашать еврейских колонистов, обещая продать землю, предоставить защиту в случае неприятностей. Эмир Абдалла выступил с этой инициативой при полной поддержке своих подданных. Англичане воспротивились этому, ссылаясь на проблемы безопасности, но многие заиорданские арабы приходили к нам на заработки. Немало их было, например, на заводах Мертвого моря.
Эмир Абдалла охотно и с выгодой для себя согласился на строительство ГЭС на Ярмуке — восточном притоке Иордана[30]. Есть анекдотический рассказ на эту тему. Рутенберг объясняет Абдалле на местности, где тут будут стоять машины мощностью в 6 000 лошадиных сил. А эмир говорит, что тут 6 000 лошадей не разместить, замечая: «Уж в лошадях-то я понимаю!» Скорее всего, вранье. Дураком Абдалла не был.
Всегда был и остается самый убедительный довод против обвинения сионистов в арабских бедах — быстрый рост арабского населения. И это стало особенно заметно в 20–30-е годы, потому что рождаемость по-прежнему оставалась высокой, но теперь падала смертность, в частности детская и рожениц. Отступила, наконец, малярия. И все это сделали евреи. Но не в меньшей степени рост населения был обусловлен миграцией арабов из соседних стран, а иногда и из неблизких: только на Земле Израильской и существовала экономическая жизнь с возможностью заработка. Повторяю, что нефтяной бум еще не начался, хотя кое-где, например в Ираке, уже приближался.
Последняя массовая миграция арабов происходила незадолго до их восстания 1936–1939 годов. В 1929 году в Сирии случилась страшная засуха. Выпало не более четверти среднегодового количества осадков. И тогда, в начале 1930 года — уже после вспышки волнений 1929 года — к нам двинулись толпы голодных людей. Кстати, еврейский и арабский пролетариат Земли Израильской проявил в тот час истинный «пролетарский интернационализм»: представители рабочего класса все, как один, требовали этих людей не впускать — собьют цены на рабочую силу.
Но их все-таки пустили. Они были самыми бедными и несчастными среди арабов. Соглашались на любую работу, за любую плату. О них мы еще вспомним. Евреи называли их «харанцы» — согласно библейскому названию Сирии — Харан.
Но и в относительно благоприятные годы арабы просачивались к нам. В 1933-36 г.г. из Ирака, Сирии, Трансиордании, даже из Аравийской пустыни, на Землю Израиля, переселилось, правдами и неправдами, более 30 тыс. арабов.