По инерции продолжала ворчать, изображать из себя злую, замученную, уставшую и больную, но в глубине души ей нравилось это состояние. Наверное, потому, что с похмелья не нужно было искать повод сорваться и накричать.
Отличное, все оправдывающее агрессивное состояние. Оно помогало почувствовать себя живой. Был и еще один немаловажный плюс — после выпивки она наутро не могла вспомнить, что снилось ночью.
Рамуте встала, разделась и твердо решила, что следующую ночь проведет в кровати, под одеялом и без верхней одежды. Проглотила таблетку, залпом выпила стакан воды и, пошатываясь, пошла в душ.
Чтобы взбодриться, она несколько раз поменяла температуру воды от обжигающе горячей до ледяной.
«Как так вышло? — рассуждала она. — Я приехала разбираться со своим прошлым, а в результате помогаю Федору с его новым расследованием. Ни на шаг не приблизилась к поимке Весов».
Она намылила тело.
«Но и отказать я не могу. Такой шанс, как ни крути».
Она запрокинула голову и подставила лицо под душ.
«А если взамен на свои консультации попросить Федора помочь? Как он отреагирует, когда все узнает? Можно ли ему довериться?»
Она выплюнула воду и посмотрела на свое отражение в запотевшем зеркале.
«Сама я не справлюсь. А кроме Федора, мне вообще не у кого просить помощи. Доверюсь. В последний раз доверюсь другому человеку. Выбора у меня нет».
— Решено, — медленно произнесла она и провела рукой, вытирая конденсат с зеркала. — Весомо.
Рамуте собралась, позавтракала, взяла с собой стаканчик кофе и поехала в отделение.
Когда она добралась, на часах было девять часов, но полицейские уже вовсю трудились. Отделение было похоже на улей пчел. Все жужжало, кружилось, спешило и топало.
Рамуте решила прямо сейчас, не откладывая, во всем признаться Федору и начать совместные поиски Весов. Она была уверена, что Федор все поймет. Он хороший человек. Федор точно не осудит. Он выручит и сохранит все в тайне от других.
— Доброе утро, — поздоровалась она с дежурным и попыталась пройти к кабинету Федора.
— Стойте!
— Что случилось? Я помощник…
— Знаю-знаю. Только лучше подождите немного, у следователя важный посетитель, — дежурный рассмеялся.
— Не поняла.
— Рамуте, не сердитесь, понимаете, не так часто в отделении происходит что-нибудь веселое. Дайте насладиться еще минутку. Пожалуйста, я вас очень прошу.
Она посмотрела по сторонам. Полицейские вокруг давились от смеха. На секунду ей показалось, что все смеются над ней.
— Все равно не поняла. Что за цирк?
Дежурный рассказал, что к ним пришла странная женщина. Суть ее требований пока не ясна, но она жаловалась от имени всех и на всех. Полицейским было весело наблюдать, и все ждали продолжения.
— Женщина буквально силой пробилась внутрь. Забежала в кабинет следователя. А мы ждем, когда Федор ее выпроводит и та пойдет выше, — он кивнул на потолок. — К начальнику.
— Идиотизм.
— Рамуте, подождите.
— Что еще?
— Звонил некий сотрудник радиостанции. Представился Арсением, разыскивал вас, просил передать, чтобы вы с ним связались.
Рамуте поморщилась.
— Еще позвонит, скажите, что я в Москву вернулась, — буркнула она и пошла к Федору.
В кабинете сидела пожилая дама. Она вежливо что-то объясняла Федору, а тот терпеливо записывал за ней.
— Доброе утро, — сказала Рамуте.
Федор молча кивнул, не отрываясь от записи показаний.
— Доброе, — ответила женщина, обернулась и посмотрела на Рамуте.
Рамуте тут же узнала женщину. Это та самая нахалка, что пыталась на улицу, у входа в радиостанцию научить уму-разуму ее и Катю, когда те ругались.
«Угу, старая, значит, вон оно что, — подумала Рамуте. — Пришла на нас жаловаться, гадина».
— Федь, не слушай ее.
— М? — Федор оторвался от бумаг и посмотрел на Рамуте.
— Она будет жаловаться, но я тебе точно говорю, что я ничего ей не сделала. Пальцем ее не тронула. Ни я, ни Катя.
— О чем ты говоришь?
— Я говорю, что это все клевета.
Женщина прищурилась и посмотрела на Рамуте. Казалось, она не могла вспомнить, где ее встречала.
— Рами, о чем ты… Кхм… Рамуте, о чем вы вообще? Выйдите, пожалуйста, из кабинета. Вы мешаете.
— Выйти? Но как же? Она же на меня жалуется.
— Что?
— Девочка, а зачем мне на тебя жаловаться?
Рамуте задумалась. Если дама не по ее душу, тогда какого черта вообще приперлась?
— А что случилось?
— Гражданка обратилась в полицию. Считает, что незнакомец домогается ее.
Рамуте скривилась.
«Это как?»
— Домогается?
— Вот, — женщина показала записку. — Прочти.
Рамуте прочла и улыбнулась. Вот почему хохотало отделение. У женщины завелся ухажер. Тайный почитатель, а она на него заявление собирается накатать.
— Девочка, что смешного?
— Ну просто, я думаю, что нужно радоваться мужскому вниманию. В вашем возрасте.
— Что? В каком моем возрасте?
— Я не то имела в виду…
— Ну, знаете! — женщина встала, опрокинула стул и пошла к выходу. Остановилась у двери, вздохнула, вернулась к столу, забрала конверт, выдернула записку из рук Рамуте, вышла и громко хлопнула дверью.
— И что это было?
