Роберт проверил часы, шагомер показал, что он прошел пять тысяч восемьсот шагов.
«Окей. Вот и славненько», — отметил он. Его план ходить шесть тысяч шагов в день практически реализован.
Федор бросил мотоцикл. По такой дороге дальше ему не проехать. Он выхватил пистолет и побежал к коровнику. Мычание слилось в монотонный гул.
Он проверил свинарник, коровник, но не нашел людей. В отчаянии он стал кричать и звать Рамуте.
— Рами! Рамуте, отзовись!
Никто не отозвался.
Федор забежал за угол, проверил за зданием — ничего. Он сел у стены и закурил.
«Все пропало. Я не справился, — корил он себя. — Подвел тебя, Рами. Прости».
У него затряслись руки. Федор выронил пистолет, наклонился поднять его и увидел узенькую полоску света из-под двери крохотной пристройки.
Федор выбил дверь, забежал внутрь и чуть не повалился с крутых ступенек.
Федор спустился вниз.
— Теперь, ат, ат, покажи язычок. Скажи «а».
Дмитрий стоял над столом со щипцами и ножом в руке и уговаривал Рамуте открыть рот.
— Стоять! — заорал Федор. — Руки вверх, урод! Отойди от стола! Живо в сторону!
Дмитрий дернулся, замахнулся щипцами, чтобы убить Рамуте. Федор выстрелил дважды. Он бежал, продолжая стрелять. Пули попали в спину Дмитрию, он выгнулся, заскулил и упал.
— Рами! Рами, ты цела?
Рамуте расплакалась.
Она не могла произнести ни звука. Она лежала, слушала, как колотится ее сердце, как мычат коровы, как где-то вдалеке воют полицейские сирены.
— Рами, родная моя. Все хорошо. Я успел. Успел, — шептал Федор, суетливо отвязывая Рамуте.
Федор дал ей покрывало.
Рамуте села на край стола. Вытерла слезы и посмотрела на Дмитрия, лежащего на полу и хватающего ртом воздух.
— У-у-у, падла! — сказала Рамуте и пнула Дмитрия. — Урод! Конец твоей Лале! Сегодня же котлет нажарю, так и знай!
— Окей-окей, все под контролем! Полиция, — сообщил Роберт, спускаясь в подвал. — Теперь все в безопасности, я на месте.
Он посветил фонариком на и без того освещенные стены, развязал Любовь Андреевну и принял гордую позу.
— Окей, всем внимание! Слушать сюда! Сохраняем спокойствие, без суеты. Поднимаемся к выходу, вас там встретят.
Роберт показал на ступеньки, будто кроме него больше никто не знал, где выход, и подошел к Федору.
— Роберт прибыл, — торжественно сообщил он и поправил плед на Рамуте.
— Здравия желаю, — ответил Федор и поднял Рамуте на руки.
— Вижу, все целы. Окей, так держать, — сказал Роберт и показал Федору, как правильно держать девушку. — Чего смотрите? Соскучились по мне? Окей, не хмурьтесь, понимаю, у всех нервы, не до шуток. Но все уже позади, все теперь будет хорошо, я же успел.
Федор кивнул.
Ему было все равно, что теперь Роберту, а не ему достанутся лавры от поимки маньяка. Наверняка Роберт сообщит, что он лично обезвредил убийцу, банду убийц. В одиночку всех выследил, всех нашел, всех арестовал и всех спас. Плевать. Главное, что Рамуте теперь в безопасности. Главное, что убийца обезврежен.
— Можно? — Федор попросил Роберта подвинуться и дать пройти.
— Да, пожалуйста.
У Роберта запиликали часы.
— Ого, — он посмотрел на руку. — Ровно шесть тысяч. Окей, получается, я даже перевыполнил сегодняшний план.
— Поздравляю.
— Спасибо.
Роберт пошел следом за Федором и принялся объяснять, что теперь он, как прогрессивная часть населения во всем цивилизованном мире, носит кроссовки с блютуз, которые сами считают количество проделанных шагов за день и информируют его через сообщение на часы.
— А если настроить, они могут присылать оповещение владельцу на смартфон. Круто? Окей, ребят, ну что же вы? Веселее.
Федор не ответил, продолжил подниматься по ступенькам.
— Да уж, — шепнула Рамуте. — Как всегда в нашем деле главное вовремя появиться.
— Ничего, пусть.
— Федь, а на фиг он вообще прилетел?
— Я ему позвонил.
— Серьезно? Зачем?
— Почувствовал, что вот-вот схватим преступника, и решил сделать героем Роберта Ивановича. Поскромничал. А если серьезно, то ты не отвечала на звонки. Я волновался, не знал, что делать.
— Обидно. Теперь не тебя, а его повысят.
— Эй, о чем это вы шепчетесь? Говорите, пожалуйста, громче. Окей? Мне здесь не слышно.
— Рамуте говорит, что ей обидно из-за того, что я волновался.
— Угу, — усмехнулась она и продолжила шепотом: — Теперь этот напыщенный, как обычно, присвоит все успехи.
— Пустяки.
— Окей. Согласен с Федором. Все это пустяки. Федь, а что у тебя голос такой грустный?
— Не знаю. Горестно как-то немного.
Рамуте обхватила Федора за шею и поцеловала.
— Теперь моему герою не так горестно?
Федор улыбнулся.
— Окей. Прям поцелуй принцессы для рыцаря. А я, кстати, тоже спас тебя. Еще один поцелуй полагается.
— Угу, — Рамуте еще раз поцеловала Федора.
— Окей, но я имел в виду поцелуй для меня, как для участника операции.
— Тебе только фигу с маслом, — ответила Рамуте.
— Кстати, Рами, — сказал Федор. — Раз уж мы заговорили о еде. Ты скажи, тебе какой кетчуп? Есть особые предпочтения?
— Зачем?
— Ну как. Фактически, я сегодня увидел тебя обнаженной. Ты же не станешь этого отрицать?
— Хам…
* * *
Следующим утром все пошло своим чередом.
