– Да, такая же! Уж если тебе понравится мужчина, ты будешь преследовать его, пока он не станет твоим. Все в Виксбурге знают, что Роджер Бонхэм ухаживает за мной. Друзья рассказали мне, как крепко ты в него, вцепилась. Ты же упросила Роджера сопровождать тебя сюда, не так ли? У тебя совсем нет гордости. – Холли хотела выйти, но Лайза Лу преградила ей путь. – Нет уж, послушай меня! Что ты о себе возомнила, Холли Максвелл? Живешь в лесу, как белая нищенка, стреляешь в мужчину, а потом как ни в чем не бывало являешься сюда, где собрались порядочные люди! Думаешь, что модное платье превратило тебя в леди? Ты пустила в ход всю свою хитрость, чтобы завлечь такого джентльмена, как Роджер Бонхэм! Жалкая маленькая шлюха!
– Хватит! – крикнула Холли, потеряв терпение. – Я не позволю тебе разговаривать со мной в таком тоне, Лайза Лу!
– Думаешь, я испугалась? Уж не собираешься ли ты пристрелить меня?
– Я хочу одного, – твердо проговорила Холли, – чтобы ты немедленно убралась. Ну же, иди!
Но Лайза Лу не унималась:
– Тебе не удастся заполучить Роджера! Я заметила, как смотрит на тебя полковник Колтер. Охотничий кобель моего отца точно так же пожирает глазами сучку, когда у нее течка. А твоя мать! Она сделала все, чтобы заполучить Джарвиса Бонхэма. И все из–за того, что он богат.
Холли оттолкнула ошарашенную Лайзу и выскочила за дверь.
Дрожа от ярости, она все же испытывала удовлетворение, ибо не ударила злобную девчонку.
Понурившая голову девушка не заметила, как наткнулась на Скотта. Он схватил ее за плечи:
– Что, черт возьми, с тобой?
– Не ваше дело, полковник. Пропустите меня.
Скотт отступил, однако Холли обернулась:
– Лучше поищите Лайзу Лу, полковник. Увидев нас вместе, она скажет, что я сука, а вы – кобель.
С этими словами девушка пошла прочь, но у самой двери перед ней вырос Джарвис Бонхэм.
– Что–нибудь случилось, Холли?
– У меня разболелась голова. Мне придется уйти.
– Ты не можешь так поступить. Это огорчит твою мать. Мы вот–вот объявим…
– Я знаю, что вы собираетесь объявить о вашей помолвке с моей мамой и…
– И не желаешь присутствовать при этом, – продолжил он. – Я предполагал, что ты воспротивишься этому, однако прошу тебя: из уважения к матери проведи этот вечер снами.
– Поверьте, мистер Бонхэм, мне небезразлична судьба матери. Если она хочет выйти за вас замуж, отлично. Вы очень милы с мамой и, видимо, намерены заботиться о ней. Зачем мне возражать?
Он внимательно посмотрел на девушку.
– Так почему же ты расстроена? Кто–то обидел тебя? – Не дождавшись ответа, он заявил: – Твоя мать очень опечалится, если ты уйдешь. Пожалуйста, не порть этот вечер. – Джарвис повел Холли в гостиную. Интересно, как сложатся отношения с этим властным человеком?
Роджер, увидев их, подошел к Холли и взял ее за руку:
– Что–то не так?
Джарвис бросил на сына холодный взгляд:
– Будь любезен, веди себя как подобает джентльмену и не отходи от леди. Она чем–то огорчена, и я настиг ее возле двери.
Когда Джарвис отошел, Холли сказала:
– Все в порядке. Ваш отец немного взволнован. Я хорошо себя чувствую.
Джарвис дал знак музыкантам, и оркестр смолк. Тогда он направился к Клаудии, и они поднялись на подиум. Гости почтительно наблюдали за ними. Наконец Джарвис заговорил:
– Я пригласил вас сюда, чтобы кое о чем сообщить вам. Надеюсь, вы разделите со мной радость. Но сначала позвольте сказать, как много значило для меня попасть в Виксбург. Не секрет, – он усмехнулся, – что далеко не все встречали нас, янки, с распростертыми объятиями. Но вы помогли мне почувствовать себя здесь, как дома, и я хочу поблагодарить вас за это.
Кто–то весело крикнул:
– Война закончилась!
Раздались аплодисменты.
«Каждому – свое, – раздраженно подумала Холли. – Пусть они радуются приходу янки».
– Так вот, – продолжал Джарвис, гордо расправив плечи и сияя от счастья, – мне очень приятно сообщить вам, друзья мои, эту новость. Клаудия Максвелл оказала мне честь, согласившись стать моей женой.
Снова раздались аплодисменты, и гости бросились поздравлять их. Клаудия, окруженная давно знакомыми людьми, вспомнила старые счастливые времена.
Холли подошла к матери, обняла ее и холодно пожала руку Джарвису.
Краем глаза она увидела Скотта и, когда оркестр заиграл, обратилась к Роджеру:
– Вы обещали мне танец.
Однако его уже ангажировали. Извинившись, Роджер подошел к Лайзе Лу и поклонился.
Терпение Холли иссякло. Она не желала больше видеть насмешливой улыбки Лайзы и притворяться, будто не замечает Скотта Колтера. Она выслушала объявление о помолвке, поздравила мать и Джарвиса. Теперь ничто ее здесь не держит. Никаких отношений с Роджером у нее не будет, так не все ли равно, обозлит его, что она ушла, или нет.
Когда Холли спускалась по парадной лестнице, кто–то окликнул ее. Обернувшись, она увидела капитана Дэвиса.
– Вы уже уходите? Вам не следует быть одной, – встревожился он.
– Нэйл, у меня разболелась голова, и я отправляюсь домой.
– Это опасно днем, а тем более ночью.
– Поверьте, я хочу побыть одна, Нэйл.
– Позвольте проводить вас, Холли. Мне будет спокойнее.
Она покачала головой:
