Добивать его Ольга не стала. Отступила на пару шагов и оглянулась. Ксюша рванула было вниз по лестнице, но в последний момент одумалась и поспешно сместилась на пару ступеней вверх. Татьяна, раскрыв рот, изумленно взирала на происходящее.
– Твою мать… – в третий раз повторил Толик. – Че такое? Звук…
– Отвечаю сразу и для всех, – громко и холодно произнесла Старовойтова. – Я не имею к ментовке никакого отношения. И ничего у вас тут не вынюхивала, кретины. Просто спросила про старую подругу, и все. Не вижу поводов кидаться на меня.
Она не собиралась раньше времени отказываться от первоначальной «легенды».
– Я ни хрена не слышу, – стоя на коленях, нервно теребил мочки ушей Толик. – Чего со звуком такое? Где звук? Твою мать!.. Ты что, лишила меня слуха, тварь? Навсегда? Я оглох навсегда?!
– Он оглох? – тихо поинтересовалась Татьяна, не поднимаясь с дивана. Забытая сигарета дымилась в пепельнице справа от нее.
– Слух вернется через минуту, – спокойно парировала Ольга. – Или через две. С ним все будет в порядке.
– Твою мать!.. Чего вы все молчите? – не унимался Толик. – Говорите что-нибудь, говорите! Я не слышу вас… Чертова стерва!
Злость Толика взяла верх над его чувством страха глухоты. Оставив свои многострадальные уши в покое, он нырнул рукой в правый боковой карман пиджака и, выхватив компактный пистолет, навел ствол на майора угро. Опережая неминуемый выстрел, Ольга стремительно ушла влево, вскинула ногу и ударила Толика по запястью внешним краем босой стопы. Пистолет взлетел под потолок, срикошетил от люстры и с глухим стуком приземлился на потертый ковер в паре метров от дивана. Альбинос тут же метнулся к оброненному оружию, но Старовойтова своевременно преградила ему путь. Новый удар пришелся Толику в солнечное сплетение. Он замер на месте, словно наткнулся на незримую преграду, и жадно открыл рот в поисках воздуха. С выпученными глазами мужчина в этот момент был похож на огромную рыбу, выброшенную на берег. Ольга схватила его за волосы:
– Может, прекратишь вести себя как дебил, Толик, и мы спокойно поговорим?
Но тот определенно не собирался сдаваться. Едва его дыхание восстановилось, он сумел ловко извернуться и плотно сжатым кулаком врезал Старовойтовой в живот. Ее качнуло, и она вынуждена была выпустить из пальцев волосы противника. А уже через секунду альбинос исполнил «вертушку», подсекая опорную ногу Ольги, и девушка опрокинулась на спину.
Увлеченные схваткой друг с другом, ни один из них не заметил, как Татьяна бесшумно и осторожно сползла на пол и на четвереньках заковыляла к бесхозному пистолету. Истошно заверещав, кинулась вниз по лестнице Ксюша. Татьяна испуганно оглянулась на нее. Толик вновь схватился за уши:
– А-а-а! Звук вернулся! Ксюха, твою мать! Заткнись!
Татьяна первой оказалась рядом с пистолетом и быстро схватила его. Ее пальцы сомкнулись на рукоятке. Ксюша неуклюже перепрыгнула через диван, зацепилась правой ногой за плюшевую спинку и плашмя грохнулась на пол. При этом, вытянув одну руку, она сумела зацепиться за лодыжку товарки. Острые ногти впились в кожу, царапая ее до крови. Татьяна закричала от боли и выставила перед собой пистолет:
– Пусти! Пусти, сука! Я выстрелю! Слышишь? Снесу, на хрен, тупую твою черепушку! Пусти мою ногу!
Но Ксюша словно и не слышала ее. Ногти все глубже погружались под кожу. Татьяна пыталась отбиться пяткой свободной ноги, но дело закончилось тем, что Ксюша сумела ухватить и ее. Скользя голым пузом по дешевому ковровому покрытию, она стала подтягиваться к Татьяне.
Старовойтова рывком вскочила на ноги. Толик тоже распрямился во весь рост. Выдернул из-за пояса складной нож и нажал кнопку. С сухим щелчком обнажилось блестящее лезвие.
– Да ладно! – хмыкнула Ольга. – Ты прям как ходячий арсенал. Может, у тебя и гранаты где припрятаны?
– Может, и припрятаны, – осклабился сутенер и пошел в наступление. Белки его глаз сделались еще более красными. – Хочешь проверить, ментовка?
– Я уже сказала, что не ментовка.
– Я этого не слышал.
– Толик, остынь! – Ольга сделала один-единственный шаг назад, краем глаза продолжая наблюдать за борьбой на полу между двумя проститутками. – К чему все это? Я лишь спросила про старую подругу, и ничего больше. Давай просто поговорим. Без кровопролития…
Вместо ответа альбинос сделал стремительный выпад, целя ножом в живот Старовойтовой. Она легко уклонилась от удара, а уже через секунду – Толик и глазом моргнуть не успел – провела молниеносную сокрушительную контратаку. Сначала жесткое ребро ладони обрушилось на его запястье, и нож тотчас выпал из неожиданно задеревеневших и утративших всякую чувствительность пальцев. Затем та же ладонь резко полоснула его по горлу, и почти сразу же второй кулак Старовойтовой врезался Толику в подбородок. Пол ушел из-под ног сутенера. Никакой опоры больше не существовало. Он со страхом и изумлением осознал, что летит, а затем брякнулся на спину у дальней стены комнаты.
