– Брось! – отмахнулась Ирина. – Вечно ты со своими неуместными шуточками. Сейчас не время, персик. Я серьезно… Ты сам подумай. Все сходится. Я отправляю резюме и портфолио в три модельных агентства и почти сразу же оказываюсь здесь. И совсем не важно, кто об этом позаботился, Господь Бог или кто-то еще… Важно другое. Мне дают знак, что с такой грудью рассылать портфолио бессмысленно. С такой грудью я никогда не смогу найти достойную работу. Ее надо сделать… совершеннее. Вот в чем проблема! Господи! Я и сама должна была догадаться об этом. И я догадалась бы. Просто у меня не было времени как следует все обдумать… И все так идеально, персик!.. Как думаешь, больница сделает нам скидку, раз уж нас тут двое? А сколько времени, интересно, это займет? Ты здесь надолго?
– Я не знаю…
– Надо узнать. – Ирина уже была полна решимости. – Я сама займусь этим, а ты лежи и ни о чем не беспокойся. Я прямо сейчас пойду и переговорю с этим доктором с потными липкими руками. Но прикасаться к нему больше не стану. Ни за что на свете! Никакая скидка не заставит меня снова пожать его противную лапу… Не уходи, персик. Я быстро все порешаю и мигом вернусь к тебе. На этот раз ты даже не успеешь соскучиться по мне. Пожелай мне удачи.
– Ирунчик… – в отчаянии взмолился Бурмистров. – Ты не дашь мне стаканчик? Очень сильная жажда…
– Боже мой! Ты вообще способен думать о ком-то, кроме себя самого? Это даже неприлично, персик. Тебе нужно с этим что-то делать. Такая зацикленность! Я поражаюсь! – Ирина залпом осушила стакан до дна и сунула его в протянутую руку старшего лейтенанта. – Держи! Не нужен мне твой дурацкий стакан! И не будь занудой, персик. Тебе это совершенно не идет. – С этими словами девушка изящно соскочила с кровати и направилась к выходу. – Я скоро вернусь. Одна нога там, другая тут. Люблю тебя!
– И я тебя, – буркнул Георгий.
Охранник в измятой форме, очевидно, помимо всего прочего, служившей ему еще и пижамой, мрачно ощупал лицо Гурова подозрительным взглядом. Его широкая, красная, как налитой помидор, физиономия ясно свидетельствовала о том, что любые горячительные напитки составляют для него норму жизни. Пальцы, сжимавшие предъявленное удостоверение полковника, напротив, побелели от напряжения. Охранник явно находился в замешательстве. За все время своей двадцатилетней службы в колонии строгого режима он еще ни разу не сталкивался с подобной ситуацией. И теперь совершенно не знал, как ему поступить. С одной стороны, были непреложные правила, с другой – шишка из Главного управления угро…
Охранник шумно шмыгнул носом, затем потеребил его и в завершение как-то забавно повел им из стороны в сторону, словно принюхиваясь. Гуров не исключал возможности, что именно так оно и было. Где-то неподалеку наверняка хранилось спиртное, и сотрудник колонии его чуял. С его огромным шнобелем и не менее огромным стажем в данном вопросе удивляться тут было нечему. Но он все также хранил затянувшееся молчание.
Гуров тактично откашлялся и спросил:
– Какие-то проблемы, сержант?
– Ну… да… Я так думаю… – Краснолицый охранник вновь потеребил свой огромный нос. – То есть я хочу сказать, что проблемы могут быть… У меня… я был проинформирован… Заключенному Кротову запрещены свидания…
– Это не совсем свидание, сержант, – медленно произнес Гуров, надеясь, что смысл каждого слова дойдет до оппонента. – Я здесь как официальное лицо. По долгу службы. Вы хорошо рассмотрели мое удостоверение?
– Да… Простите. – Охранник сконфузился еще больше, после чего вернул полковнику его документ. – Но даже официальные лица… После того как заключенный Кротов сломал нос и ключицу своему адвокату полтора месяца назад… все свидания и… любые другие контакты…
– Я не позволю ему ничего мне ломать, – заверил собеседника Лев. – К тому же я уже имел беседу с начальником колонии. Вы можете ему позвонить, если необходимо.
– Да, – шумно выдохнул охранник, – вы правы. Так будет лучше. Я позвоню. Можно?
– Это ваша работа, сержант.
– Точно… Я сейчас…
Такая же красная, как и лицо, рука потянулась к допотопному телефонному аппарату на столе. Гуров убрал удостоверение в карман. Он искренне надеялся на то, что Кротов, арестованный им несколько месяцев назад, сумеет помочь в текущем расследовании. В противном случае дело могло с легкостью зайти в тупик. Поиски двух человек по фотороботу, составленному со слов не слишком надежного «свидетеля», способны растянуться на годы. Полковнику за долгое время службы не раз и не два приходилось сталкиваться с подобным…
Охранник зачем-то прикрывал трубку ладонью, негромко бубнил в нее что-то, солидно кивал, выслушивая ответы, и при этом все время с недоверием косился в сторону незваного гостя из угро. Гуров терпеливо ждал, засунув одну руку в карман пальто, а другой удерживая на весу кожаную папку.
Наконец переговоры с начальством для охранника завершились, и он неторопливо вернул захватанную сальными пальцами трубку обратно на аппарат. Тяжело поднялся на ноги. Одернул форму. Хмуро взглянул на Гурова из-под насупленных бровей:
