— И, думаю, если не дурак, понял, что Жердяй — вор. Поговаривают, как-то залез не к тому господину, да стащил не ту вещицу. Там его чуть и порезали. Как сбежал никто не знает, но через несколько летов попался царской страже, так с нами и оказался. Как уже заметил, все мы пропащие, а иные бы на такую дрянь и не согласились. Стража не гоняется разве что за головой Сморока, да меня. Всех прочих обещание свободы держит. Ну я просто ещё не попадался, — закончил он самодовольно лыбясь.
— А чего вы не прикончите нанимателя, да не разойдётесь?
Этот вопрос вызвал у Яна удивлённый смешок:
— Да ты не из-за моря, ты похоже из другого мира. Это же Сморок, убить очень сложно, убежать невозможно.
Больше Корэр ничего не спрашивал, незаметно оглядываясь по сторонам, стараясь уловить взглядом все движения в полумраке. Запоминая изгибы улиц и приметные детали на домах, ища хоть какие-то различия в одинаковых каменных коробках.
Неожиданно, Янь, подхватив Корэра за плечо, свернул в подворотню. Корэр неприязненно поморщившись от прикосновения, постарался не сопротивляться.
Янь остановился перед в ходом в таверну, скрывающуюся в глубине подворотен, предупредив: «По сторонам сильно не таращса, много не говори, в основном слушать будешь. Ну ты благо парень не болтливый, пока свою магию объяснять не начинаешь», — усмехнувшись Янь толкнул дверь, добавив: «А ещё постарайся не быть собой, не смотри на окружающих так, словно они грязь под ногами».
Корэр послушно старался не морщиться от смрада, ударившего в нос, скрывая отвращение при виде нетризвых, грязных тел, начиняющих себя отвратного вида жратвой.
Янь, уверенным шагом направился к столику, за которым сидел одиноких бродяга в потёртой бедняцкой одежде, не спрашивая разрешения, «пьянчуга» присел к нему, заговорив:
— Живём, приятель?
— Живём. Ты что за хрена расфуфыренного притащил?
Янь усмехнулся:
— Его благородие — маг, ты с ним не ссорься.
Нищий расхохотался, нехорошим, скрежещущим смехом, от которого Корэру стало ещё неприятнее находиться рядом с ним.
Янь, без особых прелюдий, заказав еды и выпивки, принялся расспрашивать о последних новостях.
Нищий периодически принимался рассказывать, что он знает не всё, да и память плоха, набивая себе цену, но когда на столе перед ним появилась парочка золотушек, память бедняка тут же заработала как следует.
— Тут недавно в город баба приехала, тоже вылизанная, маленькая и золотом ряженная, — неодобрительно покосился на Корэра. — Поговаривают, ведьма. Правда или нет сам не знаю, но источники проверенные. С ней немаленький отряд наёмников. К нам такие толпы не часто заезжают. Поговаривают ещё, что она гоняется за каким-то артефактом древней цивилизации, заезжала к посаднику княжескому, это из-за неё теперь досмотры на воротах пристальнее. Если ещё чего хотите, платите.
Янь досадливо поморщившись, оттолкнул от себя принесённый им ужин, отрицательно мотнув головой, встал и вышел проч. Корэр последовал за ним, смерив пристальным взглядом бедняка, незаметно чуть обнажил лезвие Вихря.
Дождавшись, пока за Янем и колдуном закроется дверь, бедняк тут же поспешил к чёрному ходу, но стоило ему только выйти наружу, и сделать всего пару шагов, как горло его словно сдавила ледяная лапа неведомой твари, заставляя захлёбываться собственной кровью, стекающей с губ клочьями пены.
На выходе из таверны Корэра и Яня встретили господа чей вид говорил явно не о добрых намерениях.
— Ты случаем не переходил дорогу Ноюрну? — шепнул Янь наклонившись к Корэру, тот отрицательно мотнул головой.
— Значит ребятушки за мной, — хмыкнул наёмник, примиряюще вскидывая руки.
— Кто-то говорил, что за его головой не гоняются, — проворчал Корэр, опуская ладонь на рукоять Вихря.
— Так это не законники, — не теряя непонятного арии оптимизма, ответил Янь, и ничего больше не говоря, метнул нож, припрятанный в рукаве, в ближайшего неприятеля.
Тот сумел уклониться, но это оказалось последним, что он сделал в своей жизни, оборванной его же собственным клинком в руках «пьянчуги».
Корэр легким движением уклонившись от набросившегося на него, вспорол брюхо подстраховывающего его соратника — Вихрь без особого сопротивления рассёк и податливую плоть и дублёную кожаную броню, прикрывавшую её. С напавшим на него первым ария разобрался столь же эффектно: как только он восстановил равновесие после неудачного выпада, его голова слетела с плеч, покатившись, лениво выплёвывая из замороженного разреза струйки крови. Тем временем Янь, перепав горло нерасторопному бугаю с палашом на перевес, вколачивал в каменную мостовую голову последнего — стоявшего позади отряда стрелка, который в страхе бросив автострел попытался было уносить ноги.
— Всё-таки сдал, юрма продажная… — проворчал Янь, пнув тело одного из напавших.
Корэр отрицательно качнул головой:
— Я их оба раза у ворот видел. Они поначалу шли, потом отстали.
— Во второй раз у ворот никого не было, — проворчал Янь, подобрав свой нож, недоверчиво косясь на Корэра.
— Ты будешь спорить с колдуном? Этот твой бедняк никуда добежать не успел.
