Дальше уже была Социалистическая Республика Куба, где нашего
брата-проповедника не особенно жалуют.
Пришло время возвращаться домой.
В последний вечер, с боем отпросившись у брата Степана, прой-
тись вечерком по городу (на пляж не вздумай – ни дай Бог, верую-
щие братья встретят), я двинул в самый известный, после брайтон-
ских, русский ресторан в Майами. «Татьяна» называется. Давно хо-
тел посмотреть.
Через три столика от меня, с двумя бульдожьего вида охранника-
ми, и королевской грацией, кушала котлетку по-киевски сама Крис-
тина Орбакайте.
Иногда она подносила к уху золоченую нокию, и с кем-то пере-
шептывалась. Наверное, с Филипом Киркоровым. В Москву она явно
не торопилась.
***
Домой из турне, вернулся сдержанной и гордой походкой хозяина
жизни.
Я стал звездой русскоязычного населения всего восточного побе-
режья, и откушал с очередной примадонной российской эстрады.
Двадцать сотен брата Степана, моя доляна за гастроли, как гово-
рит Василий Макарович Шукшин : «Приятно жгли мне ляжку».
А запах новых соток! Согласитесь очень приятен.
Один мой знакомец, монгол, утверждает, что в типографскую
краску для долларов подмешивают кокаин. Чтоб люди мол подса-
живались на запах банкнот и все время хотели их обнюхать.
Эти уж мне неисправимые фантазеры-монголы.
Я двинул к Саркисянам прямой с корабля, в моем новом
«концертном» костюме. Пара поездок со Степаном, и я смогу вер-
нуть дядь Саше его задрипаный Додж. Мустанга куплю себе. Ну, не
последней модели, конечно, но так двух-трех летней свежести. Они
дешевле и гарантия на сто тысяч миль.
Теперь мне можно все.
На Лилю – ноль внимания, я теперь селебрити, как Бритни Спирс
или Кристина, у меня валяются ногах сестры из церквей шести шта-
тов. Я был слеп, а теперь прозрел.
Мои приёмчики начали копировать другие проповедники.
А две штуки за неделю! Как пилот Боинга севен форти севен
нахуй! Я пилот Священного Писания.
Мне нет равных в трех штатах, слышишь ты, дядя Саша, человек
со шрамом через всю башку.
А вот сегодня, из-за не чем необъяснимой моей безграничной бла-
годати я решил нанести вам визит. Автографы – после ужина.
Именно это написано у меня на гордом лице весь вечер. Ни одного
взгляда на Лилю – ни в глаза, когда ловит мой взгляд, ни на нежную
девичью жопу, когда выплывает на кухню.
А Виктор, сука, совсем уже освоился – тащит с Лил на кухню гряз-
ную посуду, елейно беседует с тётей Верой,вжился в мой образ, га-
дина подводная.
Ладно. Ноу биг дил.У меня теперь с братом Степаном очень тесны-
е отношения. Посмотришь как я тебе скушаю без соли. Ишак-мат-
рос долбаный. Дождись только до братского. Покажу как бьют
«метлой» церковной.
Откушав чинно кофею, собираюсь уже выметаться, как вдруг дя-
дя Саша приглашает меняв свой «офис». Так и говорит «офис».
Вчера, сука, электродами для сварки приторговывал – а сегодня
на тебе - «офис». Шансоньетка шантаная. Ладно. Поговорим.
Дядя Саша, плотно закрывает за нами дверь, и, прижав к груди
свою старинную Библию, начинает:
- Знаешь братик, как святой апостол Павел говорит о дарах Духа
Святага?
Но каждому даётся проявление Духа на пользу. Одному даётся
Духом слово мудрости, другому слово знания, тем же Духом; иному
вера, тем же Духом; иному дары исцелений, тем же Духом; иному
чудотворения, иному пророчество, иному различение духов, иному
разные языки, иному истолкование языков. Все же сие производит о-
дин и тот же Дух, разделяя каждому особо, как Ему угодно.
Я надеялся в тебе дар язЫков разовьётся, а то и пророчества, проповедников-то нас вона сколько! Ну и то слава Богу.
Ну, а как командировка прошла, брат? Или коллега, ты же теперь
тоже – проповедник? Много-ль удалось собрать на приют?
Саша лукаво щерится.
- Вашими молитвами, брат Александр, вашими молитвами…
- Послушай, а тебе не кажется, что брат Степан ведет неправиль-
ную политику? Таков ли должен быть пастырь стада Хосподня? И
кассой церковной, как то не совсем правильно распоряжается.
- Мне, брат Саша, поверите, не с чем сравнивать. Это моя первая
церковь. В других не привелось членствовать.
Хотел добавить, что и голову мне за Христа еща не проламывали, но сдержался. Тьфу-тьфу. Обидится ещё.
- Многие братья в церкви не согласны с линией проводимой бра-
том Степаном. Инициатива подавляется. Личность брата Степана и-
ной раз личность самого Спасителя затмевает.
В числе недовольных и брат Олег, казначей. Странности происхо-
дят со служением пожертвовАния.
Скоро приедут из Канады старшие братья, и многое, многое мо-
жет изменится. Всплывут весьма нелицеприятные для Степана
факты.
Сейчас время определяться, с кем ты? Ибо если придется мне по-
нести служение по перестройке церкви нашей, Голубицы Божей, не
останешься без труда почетного и ты. Сыны то мои во тьме блукают.
Кому наследие саркисяново передам? Лиля только меня радует, да
вот и ты тоже.
Вопрос застает меня врасплох.
- Страх перед будущим всегда склоняет людей к консерватизму.
Пусть теперь гадает, что я имел в виду.
Я, дядя Саша на дворцовых переворотах съел собаку ещё в коло-
нии усиленного режима. Хрен признаюсь с кем я, пока не уясню у ко-
го сила.
