Дракон молчал. Неизвестно, как поместился в кухне, но он сидел на флюрином месте и пил чай из её японской чашечки, изящно придерживая ту когтистой лапой.
– Ты кто? Ты пришёл меня съесть?
Жёсткие чешуйки не давали такого же мимического простора, как у людей, но его отсутствие с лихвой компенсировалось взглядом: дракон только сощурился, а девушка уже ощутила все те нелицеприятные синонимы о её умственном развитии, которые тот подумал друг за другом.
– Драконы – мудрые и волшебные существа. Мы не едим людей… без необходимости.
– Ты настоящий? Да ты прям как с картинки, – дракон иронично подвигал пластинами на “щеках”, эти щелчки видимо должны были изобразить смех.
Соня даже глянула на картину над столом и обмерла. Картина на месте, всё то же самое, но только без дракона. Словно кто-то прогнал её через нейронную сеть, уничтожив все следы пребывания чешуйчатого чудовища, вырезал его и прорисовал задний фон, внезапно ставший передним. Напрашивался единственный логичный вывод.
– Так ты… тут живёшь? – Соня кивнула на картину.
Тяжёлый вздох прокатился по кухне, такой мощный, что все чашки в серванте нежно и в унисон зазвенели.
– Почему вы, человеки, всё так усложняете… Не могу понять. Мы все пока есть, а потом нас всех не станет, так может пора перестать вести себя, как бессмертные, упираясь в каждое слово и каждый вопрос, требуя бесполезных объяснений, выражая несуществующее любопытство, ища бессмысленные факты и ненужные ответы? Вы расходуете время вашей жизни на такую ерунду, вместо того, чтобы просто радоваться солнцу, пить облепиховый чай, смотреть на красивые картины! – в сердцах выпалил дракон так отчаянно, словно искренне переживал за человечество, а затем снова вздохнул, уже успокаиваясь. – Нет, я, вообще, не живу, меня давно убили.
Соня вздрогнула от неожиданности, казалось, еще мгновение и тот закатит глаза от избытка чувств. Она никогда не думала, что драконы бывают такими эмоциональными (да она, вообще, особо о драконах не думала), но любопытство пересилило. Собеседник не выглядел агрессивным, наоборот, казалось печальное обречённое спокойствие разливается в комнате от его присутствия.
– За что?
– За что? – он отхлебнул ещё и задумался. – За всё хорошее.
Соня хихикнула. Ему просто здорово удавалось притворяться нахальным и язвительным человеком. Если закрыть глаза и не смотреть, прям словно со студентом беседуешь.
– Против всего плохого?
