Светловолосый мальчишка поднял на Маркуса заплаканное лицо и что-то промямлил. Растерявшийся Маркус вернул себе самообладание и дал знак Йорию осмотреть эльфийку. Вместе со всеми своими травами и инструментами лекарь приземлился подле мальчишки и эльфийки. Маркус уже знал, что Йорий не сможет помочь Ирис – никто уже не сможет – но все еще в глубине души надеялся на чудо. Он, не отводя взгляда, смотрел на Йория, а в голове не было ни одной мысли. И эта пустота не была умиротворяющей. Тишину на поляне нарушил выступивший из-под крон деревьев другой мальчишка, высоченный и длинноволосый.
– Дядя Аркон? – удивленно произнес он.
– Махаон?
Маркус обернулся к Аарону, который был не менее поражен происходящим. Он сделал шаг навстречу к мальчишке и крепко обнял его.
– Ты… жив! Но как это возможно? – спрашивал парень. – Почему ты не связался со мной? Я верил, что тебя убили!
– Махаон, не все так просто как ты думаешь. Аркон Аталантсон мертв. Теперь я живу только под личиной Аарона.
– Но я видел твою голову. Энгстелиг сама привезла ее к нам в имение, – недоумевал Махаон.
– Мальчик мой, уверяю тебя, что любая голова без кожи и скальпа может быть похожа на кого угодно, – Аркон-Аарон попытался пошутить, но не вышло. – У Энгстелиг был передо мной старый должок, поэтому она подстроила мою смерть.
Маркус видел, как замешательство постепенно уходило с лица Махаона. И в этот момент Йорий закончил осмотр Эли. Он убрал все свои инструменты в небольшой чемоданчик, с которым пришел, и, развернувшись ко всем, твердо сказал:
– Яд, – и, немного подумав, добавил: – Возможно из ягод тиса.
До того молчавший Персиваль кинулся на Маркуса, понуро стоявшего у тела эльфийки, и толкнул его с такой силой, что эльф чуть не упал.
– Это ты виноват, Маркус! Ты послал ее туда! – кричал Персиваль. – То, что Ирис мертва всецело твоя вина! – Он попытался ударить Маркуса, но тот перехватил его руки. – У нее нет меток клана, говорил ты. Она сойдет за эльфийку без Клана, говорил ты.
– Да! Я говорил! И могу сказать тоже самое даже сейчас! – крикнул Маркус.
Он старался отбиваться от брата, но не калечить его. Персиваль все нападал и нападал на Маркуса, пока не обессилел от гнева и боли. Эльф обреченно опустился на землю – прямо на кровожадные фиалки – и всхлипнул. Персиваль не отводил взгляда от брата и Маркус видел в его глазах лишь злость и ненависть.
– Ирис была храброй, и сама согласилась туда пойти. Я не заставлял ее. Это был ее выбор, – сказал Маркус, но даже себя не смог в этом убедить. – Она всегда знала, на что идет и никогда не боялась этого.
Перепалку прервал леденящий душу вой. Персиваль насторожился, понял, как они с братом сглупили. Ведь их драка и ссора привлекли на поляну страшное зло.
Повстанцы переглянулись между собой.
– Нужно выбираться отсюда, – изрек Маркус, хотя каждый из собравшихся здесь и так это знал.
Персиваль подхватил под руку все еще рыдающего светловолосого парнишку, а Маркус осторожно поднял легкое и остывающее тело Ирис. Да, мастер Ралинаэль будет в горе. Светловолосый мальчишка запротестовал, когда тело эльфийки оказалось в руках Маркуса, хотел было заупрямиться и остаться на поляне, но Аарон громко произнес:
– Идиот! Из-за тебя все могут погибнуть! Не время щелкать клювом в Черном лесу! Это опасное место!
Мальчишка глянул на племянника Аарона и, когда тот одобрительно кивнул, перестал сопротивляться. Но было уже поздно: ветви кустов зашевелились, и оттуда показался огромный черный нос, а за ними два огромных сияющих как изумруды глаза. Маркус хорошо знал, что старые боги леса – огромные белые волки – слепы. Свою добычу они ищут по запаху либо на слух. А потому, еще перед отходом из лагеря Маркус приказал всем взять по веточке мирта.
– Все замрите! – шикнул Маркус. И остальные встали как вкопанные.
Волк, лишившись источника звука, медленно вышел из кустов. Он был молод, огромен и свиреп. Волк принюхался. На поляне еще витал запах Ирис и мальчишек, и Маркус лишь надеялся, что трех веточек мирта хватит, чтобы скрыть всех на этой поляне.
Волк подошел почти вплотную и Маркус чувствовал его горячее дыхание. Сердце эльфа пропустило удар. Казалось, что все пропало, и они погибнут на этой поляне рядом с Ирис. Но тут где-то вдали послышался треск деревьев. И волк, забыв про свою добычу на поляне, отправился на поиски наживы, следуя по звуку.
Еще пару минут никто не решался пошевелиться, ожидая других белых волков. Первым это сделал Маркус, когда стало понятно, что опасность миновала. Он перехватил безжизненное тело Эли, и остальные, как по команде немного расслабились.
– Скорее! В лагерь! – скомандовал Маркус.
Он старался сделать свой голос спокойным. Чувствовал, что должен не показывать своего горя, что он должен сохранять лицо. Но скорбь пробивалась сквозь плотную маску спокойствия. Держа на руках бездыханную Ирис – их маленькую сестренку – Маркус вспоминал, как судьба свела их вместе.
