Пунт — средних размеров страна на северо-восточной оконечности Судерии, южного относительно Нирдарии континента, населяли которую ателеры. Разумная раса, довольно близкая по внешнему виду к людям. Основное их отличие — жесткие волосы на голове, отдаленно напоминающие иглы ежа или дикобраза. Еще ателеры выделялись из-за ушей круглой формы и достаточно мелких и острых зубов в количестве сорока штук. Что же касается магии, то у этих разумных имелась определенная склонность к появлению врожденного ядра с направленностью на Жизнь или на некоторые цветные металлы, например, медь или серебро. И стоит отметить поголовную стойкость к разного рода токсинам.
— Села́ми была мои жрецом. Настоящим верховным жрецом, который пользовался «Системой служения» и собрал вокруг себя большую общину. Она умела завлечь окружающих, заряжала их своим оптимизмом. А я была просто рада.
Дигамма явственно ощутил горечь от невозвратимого счастья через связь с богиней, которая за последнее время вышла за рамки только лишь передачи информации от органов чувств.
— Дела шли так хорошо, что Селами удалось заинтересовать людей из Триенада. Местные торговцы собрали крупную сумму, чтобы построить у себя в стране храм в честь «дающей Удачу» и начать получать благословения через «Систему служения». Я так гордилась нашими успехами. Видимо, из-за этого забыла об осторожности.
Лоттирия все больше и больше сбавляла скорость повествования. Тяжесть воспоминаний тормозила ее слова, поэтому Ди решил помочь наводящими вопросами.
— Для начала подобной стройки требуется личное участие верховного жреца. Получается, твоя Селами отправилась в путешествие из Пунта в Триенад. Самый быстрый способ — пересечь море Путей, верно?
— Море, да. Непредсказуемая стихия. А я даже на минуту не задумалась, что может случиться беда. И не стала просить ее подождать, чтобы лучше подготовить экспедицию. Бедная Селами лишь хотела поскорее порадовать свою безалаберную богиню.
— Значит, она так и не доплыла. Печально.
— За декаду до прибытия начался сильный шторм, посреди которого появилось морское чудище и уничтожило корабль. У меня не хватило сил защитить даже Селами. Пришлось просто наблюдать, как она идет ко дну с остальными.
— Не верю я в такие совпадения, Лотти.
— Я тоже. Но узнать, кто это устроил, не получилось. Да и какая уже разница? Погибших не вернуть, а последователи Селами испугались «страшного знамения» и быстро рассеялись.
Последняя фраза отзывалась особенно сильной болью. Из-за нее Лоттирия не заметила, как погрузилась в собственные мысли. А Дигамма за время паузы осознал, что в рассказе не хватает главной детали.
— Подожди, одно не могу понять: при чем тут девочка с севера Баласии?
— Я… Я тяжело пережила тот случай. И надолго отошла от дел.
До этого богиня пыталась показывать ледяное спокойствие, но внутренний барьер рушился и наружу выходили настоящие чувства.
— У Селами была дочка, совсем кроха. Ей пришлось взять ребенка с собой в путешествие. И из-за меня эта семья исчезла! Но не только они, все люди на борту и еще многие другие. Теперь понимаешь, сколько жизней я сломала?
— Тише, Лотти, я пока ничего не понимаю. Давай ты успокоишься и продолжишь.
Когда равновесие нарушено, его уже трудно восстановить. Однако Лоттирия очень постаралась.
— Не знаю как, но малышка выжила. Пока я барахталась в своей слабости, ребенок потерялся из виду. Видимо, за это время она оказалась в Баласии. А я даже не знала, что девочка выжила. Ты представляешь? Она ведь пыталась мысленно ко мне обращаться.
— Ясно. Значит, все-таки достучалась?
— Благодаря тебе, Ди. Это ты привел меня в чувства. Но я столько времени потеряла впустую.
Немного помедлив, она добавила.
— Ты, наверное, жалеешь, что связался с таким отвратительным существом?
«Отвратительным?» — Дигамме было одновременно смешно и грустно. Лоттирия, конечно, не идеальна, но не дотягивала до уровня монстра, которым себя пыталась считать.
— Не стоит такое говорить. Думаешь, у меня за душой мало грехов? Я погубил непростительно много живых существ. Но знаешь, что? Погублю еще, если кто-то из них будет угрожать моей семье. И девочку твою мы тоже спасем. Вот только, — Ди замялся, ведь имел и собственные сомнения, — ты не думала, что делать дальше?
— А что надо делать дальше?
На радостях богиня отвлеклась от темы и не поняла суть вопроса. Сейчас она находилась на эмоциональных качелях, которые Дигамма резко подбросил вверх своими словами.
— Я про ребенка.
— Ну, я думала, — Лоттирия преступно долго тянула каждую гласную, — попросить тебя позаботиться о ней. И знаешь, Ривера совсем не против.
«Понятно, они там уже все решили», — сетовал про себя Дигамма. Но действительно волновал его другой вопрос.
— Можно ли мне вообще доверять детей. А вдруг я наврежу ей или как-то неправильно воспитаю?
Лоттирия недоумевала. У нее в голове просто не стыковался образ Дигаммы со словом «неправильно».
— Разве забота может быть неправильной? Ты делаешь все от сердца, а это главное. Ривера, например, очень тебя любит. И я полностью доверяю.
