Дигамма же радовался, что смог донести послание. Однако очевидными стали и недостатки процесса. Эмпатия, конечно, хорошая вещь, только передача эмоций — это не передача мыслей, общаться таким способом сложно. Но не бросать же Риверу лишь из-за того, что она не знает общеупотребительных языков? Быть слишком разумным зверем очень одиноко, Ди это хорошо осознал после ссоры с Лоттирией. Ни Леринген, ни его жена так и не смогли отнестись к ящеру как к равному, пусть и старались. Поэтому им с паучком стоило держаться друг друга. Дигамме всего-то нужно было реквизировать где-нибудь в замке детский букварь с картинками и научить Риверу месхийскому.
Однако он решил отложить это по крайней мере до следующего дня. В головах у них обоих сейчас было слишком много новых мыслей, а в сердцах — сильных чувств, которые еще больше усиливались «Эмпатией», как резонатором. Ривере, на радостях потерявшей контроль над Особенностью, вообще становилось откровенно дурно. Издав довольное и похожее на смех шипение, Дигамма удалился на поиски. Герцог как-то совсем забыл выделить ему место для ночлега. Или же это было частью «свободы перемещения»? Впрочем, Ди оказался совершенно не против самостоятельно найти укромный уголок и обустроить его всевозможной защитной магией. Ривера же еще долго стояла у стекла, касаясь одной из ног того места, где недавно стоял ящер.
Наступил следующий день, а вместе с ним занятия грамматикой тоже… не начались. Дигамма не забыл, и не отказался от этой идеи, просто решил устроить небольшой праздник в честь их с Риверой знакомства, а заодно и проверить ее пищевые наклонности. Утром ящер совершил налет на кухню с последующим захватом нескольких видов мяса, фруктов и овощей, а также неизвестной сладкой выпечки. Все шло по плану, пока план этот не наткнулся на стену. Стеклянную стену. Ди как-то упустил из виду, что они вчера общались через прозрачную преграду.
К его удивлению, для Риверы стекло вообще не стало проблемой. Паучиха сразу выскочила навстречу гостю, будто и спать не ложилась, пролезла сквозь скрытую дыру в углу террариума, а затем подошла и обняла несколькими ногами ящера. «И где только она такого насмотрелась? Еще и толстое стекло смогла аккуратно прорезать», — подумал он с уважением. Ди было приятно, что его ждали, хоть к чувствам и подмешивалось немного грусти. Лоттирия при первой и единственной очной встрече также обнимала его. Жаль, что сейчас она этого не видела.
Дигамме пришлось стряхнуть с себя паука и скорбные мысли, чтобы начать подготовку к празднику, а точнее пиршеству. Хотя процесс был незамысловатым: достать из «Пространственного кармана» еду и аккуратно разложить перед Риверой. В столь ранний час людей здесь не наблюдалось, поэтому и отпала нужда прятаться. Она долго ходила вокруг угощения, не веря в происходящее. Ривера никогда в жизни не видела столько разных кушаний в одном месте. А еще здесь были ее любимые фрукты! Рейтинг Ди в глазах паука разом поднялся с «приятеля» до «лучшего друга».
Наконец, определившись с очередностью, Ривера начала с приличной скоростью поглощать еду. Дигамме осталось только испустить свое смеющееся шипение и присоединиться. «Так увлеклась, что даже меня дожидаться не стала», — подумал он, с удовольствием наблюдая, как паучок пробует каждое из угощений, особое внимание уделяя фруктам. Ривера и сама не подозревала, что может есть что угодно, просто больше всего любит эти сладкие плоды. Но и остальные блюда ей правда понравились. Мясо животных оказалось более приятным, чем жуки, да и мягкая сладкая булка была очень даже ничего. Из овощей же лучшим выбором на паучий вкус стала сочная и хрустящая морковь.
По поводу дегустации фруктов Ривера могла сделать отдельный рассказ. Раньше она и не знала, что яблоки бывают разные. Лошадей, а следовательно и паука кормили всегда одним и тем же местным сортом. Дигамма же принес и желтые с мелкой крапинкой, и большие зеленые, и восковистые красно-оранжевые. И все они имели различный вкус и запах, при этом оставаясь яблоками. Ривера брала то один плод, то другой, стараясь определить, какой же лучше, но так и не смогла решить — каждый оказался по-своему хорош. А кроме яблок был еще и новый для паука фрукт — груша. Продолговатая, плотная и мясистая, с медовым и терпким вкусом, она заставляла откусывать от себя кусочек за кусочком, пока совсем ничего не осталось. Такое определенно хотелось бы попробовать вновь. А ведь еще ящер прихватил с кухни и виноград: зеленые упругие шарики, туго набитые кисло-сладким соком. Ривера даже не знала, что можно получать такое удовольствие от вкуснотей. А Дигамма и не думал, что так приятно кормить кого-то кроме себя самого, пусть и нагло взятой у герцога едой. В конце концов, он сам разрешил.
