– Но, с учетом имеющихся данных о том, как «Чужак» изменяет носителей-людей, мы просто обязаны с должной осторожностью относиться к вашим словам, к информации, которую вы нам предоставляете. Прошу вас с пониманием относиться к этому обстоятельству. Хочу дополнить, что благодарить за все вы должны прежде всего Профессора. Если что-то пойдет не так, отвечать будет он.
– Дмитрий Сергеевич, благодарю вас за напоминание об этом обстоятельстве и данные нашим молодым, не побоюсь этого слова, коллегам разъяснения, – сказал Профессор, наклонившись над столом, чтобы лучше видеть собеседника.
– Раз мы во всем так замечательно разобрались, – снова взял слово стоящий перед экраном Антон, – давайте вернемся к нашим гипотезам относительно «Чужака», в особенности к вопросу возможности зарождения, либо толчка к зарождению новых форм жизни. Почему, имея возможность творить, в данном случае он остановился на столь странных полуформах…
– С чего вы взяли, что он остановился? – перебила его Света.
– Ну, мы же не видим в провале на засыпанном озере никаких новых форм жизни, – глядя на нее с улыбкой, ответил Антон. – Это же очевидно, – он повернулся к своим коллегам, ища у них поддержки, те одобрительно закивали головами и повернулись к Свете, ожидая ее реакции.
– Вы, видимо, представляете себе, что из этого провала должна просто переть жизнь, как из деревенского туалета, куда кинули изрядный кусок дрожжей? – спросила его Светлана.
– Простите? – Антон вопросительно поднял бровь.
– Забудьте, – Света отмахнулась от него рукой. – Здесь источник, – продолжила она, – он появился в этом месте не вчера, и все, что необходимо, он на нашей планете уже сделал. Сейчас это просто источник спор, почему они иногда создают эти «сопли», я не знаю. Но точно знаю, что процесс не остановился, просто здесь вы его не увидите.
– Откуда такая уверенность?
– Я чувствую эти споры, и я чувствую камень.
– Камень? Что за камень? Что мы знаем про камень? – снова оживился Дмитрий Сергеевич.
– Тот, что лежит на дне засыпанного озерца, вы же должны были его видеть в провале. Он – центр всего, его я чувствую очень хорошо, от него исходят тепло и сила. Его частицы вы можете найти в украшениях жителей уничтоженного села и особенно в различных предметах в церкви. Когда пытаешься настроиться на камень, перед мысленным взором возникает черное солнце. Именно черное солнце, оно теплое, живое, родное.
Те, кто жил здесь, воспринимали его, как живое существо, бога, покровителя. Когда, подражая окружающему миру, местные жители создали церковь и начали писать иконы, образцы которых брали у христиан, они заменили лики черным солнцем. Потому что этот образ местные жители носили не только на себе, в виде частички камня, но и в своих душах, внутри себя, внутренним взором они всегда могли обратиться к камню, к своему черному солнцу.
– Внутри камня есть нечто живое? – осведомился Пятигорский.
– Говоря «живое» или «мертвое», мы оперируем словами языка, за которыми стоят общие для людей данной культуры образы: растения, животные, микроорганизмы. Камень можно назвать живым, но это будет концептуально не верно. Так как он и есть жизнь. Если взять этот кусочек, – Света взяла со стола, где лежали во множестве артефакты, найденные во время раскопок, браслет с черным камнем, – и положить его в воду, она наполнится спорами. Споры появятся не из камня, мы можете размолоть его в пыль – и ничего не найдете, они появятся из-за камня. Ученый, что предложил идею с «первичным бульоном»… – Света сделала неопределенный жест рукой.
– Опарин, – подсказал Андрей.
– Да, Опарин, он был концептуально прав, интуиция гениальных людей очень часто дает им правильные ответы на правильно заданные Вселенной вопросы, но далее озарение укладывают в ограничения текущего научного знания. Опарин правильно понял, что источником жизни была вода, в ней появились первые споры и дальше пошел процесс творения, «Чужак» творил жизнь, но он накрутил слишком много всего, хотя, на самом деле, крайне простой процесс…
– Да, я уже слышал эту идею относительно вируса Бога, – прервал Свету Дмитрий Сергеевич и отмахнулся от нее рукой.
– Вам никто не мешает ее проверить, – Света бросила браслет в графин с водой, стоявший на столе. Брызги попали на руку сидящей рядом женщины, она начала судорожно их вытирать. Света улыбнулась, – когда мы закончим совещание, вы сможете убедиться в моей правоте.
– Ну, положим, мы увидим там споры, а как доказать остальное, то, что возможно создать новые формы жизни, вы нам тоже это покажете? – ехидно спросил Дмитрий Сергеевич, остальные хранили молчание, внимательно наблюдая за разговором.
Профессор горящим взором изучал Светлану. Она на некоторое время задумалась, но вскоре очнулась и, улыбнувшись, посмотрела в глаза Дмитрию Сергеевичу:
