Это было невероятно, потрясающе, великолепно! Ощущать мир на уровне его основы, истинно неделимой, совершенной, монолитной. Гагарин ни раз пытался представить, нарисовать в своем воображении взаимодействие всех сил, действующих в Домене, но каждый раз у него получалась настолько сложная и грандиозная картина, что он постоянно терял ее целостность и переставал воспринимать ее всю, от микрогарницы до макро, от Планковской длины ядра квантона, до потенциального барьера Домена. И вот теперь ему открылось гигантское пространство Метагалактики во всех ее ипостасях. Сначала было весьма необычно ощущать ее как застывшей по мановению чье-то титанической воли конгломерат мельчайших песчинок, соединенных меж собой настолько плотно и целостно, что на первый взгляд становилось удивительным, как во всем этом сверхупругом теле вообще возможно какое-либо динамическое взаимодействие и движение. Спустя некоторое мгновение, Виктор стал различать в этой однородной среде более плотные конфигурации частиц, которые на более масштабном уровне организовывали собой элементарные частицы, атомы, молекулы, элементы флоры и фауны, планеты и прочие тела космического масштаба. Все эти организации, помимо всего прочего, являлись еще застывшими стоячими волнами, что, собственно говоря, и позволяло им передвигаться в более разряженной, но все равно сверхупругой среде. Именно благодаря этой упругой силе, континуум держался, не расползался и не рушился, и Гагарин сейчас мог в полной мере ощутить его внутренние силы натяжения.
А еще благодаря этой упругости континуум общался, держал связь между своими элементами, и каждый, кто имел достаточно сил и средств, мог подключиться к этой всеобщей системе связи. Виктор едва не лишился дара речи, когда понял, что эта внутридоменная связь боле всего ему напоминает электрические импульсы внутри человеческого тела. Только телом здесь было все пространство Метагалактики, а ее органами, и отдельными клетками - планеты и звездные системы. Грандиозность всей картины была ни только в масштабах - она заключалась еще и в том, что здесь не было ни одного лишнего элемента. Каждый атом, каждая элементарная частица и даже каждый квадруполь располагались на своих местах и постоянно получали информацию обо всем Домене целиком.
Своеобразное сочетание Микромира и Макромира давало понимание четырехмерной гиперсферы Метагалактики, которое невозможно было описать ни одним человеческим языком, поскольку в мире существуют явления, для которых не подобрано определений и понятий. Но подготовленное сознание параморфа позволило ему обработать всю поступившую в него информацию и охватить своим разумом Домен в его первозданном виде.
Едва он сделал это, как в голове Виктора раскрылся цветок ведения. Он видел как некая Сущность, растворенная в пространстве Метагалактики сразу на всех ее уровнях, приносила в нее удивительное семя жизни. Гагарин сейчас чувствовал, как на уровне тончайших законов и взаимодействий вплетается в пространство принцип, заложенный свыше. А потом, повинуясь этому принципу, элементарные образования начинали особым образом соединяться в более сложные конгломераты, образовывать не просто материю, а материю живую, способную развиваться, расти, размножаться, самоорганизовываться, приспосабливаться к окружающей среде и эволюционировать. И эта тенденция происходила везде, повсеместно. Жизнь возникала на всех уровнях Домена, во всех его уголках. Она была разнообразна, населяла горячие звезды, ледяные планеты, покоилась в толще планет-гигантов, и обитала в пространстве микромира; она была гуманоидной, в чем-то сродни человеческой, существовала в форме спор, грибков, существ, чем-то напоминавших насекомых, рыб и птиц. Кое-где жизнь обрела и вовсе ни на что не похожие удивительные формы - колонии микроорганизмов, независимые атомно-молекулярные кластеры, образования элементарных частиц, и наоборот - настоящие звездные объединения, ансамбли черных дыр и квазаров.
Правы были те, кто утверждал, что жизнь - это своеобразный Божий дар. Конечно, в привычном религиозном понимании эта Сущность не являлась Богом, поскольку Она не творила Домен с самого начала, а лишь следовала закону усложнения материи, но самозарождение жизни, появление ее как принципа, обязано собой именно Ей.
От бесконечного созерцания такой гармоничной и сложной структуры Виктора отвлекла мысль, которую он постоянно, все это время держал взаперти, не позволяя ей стать достоянием оперативного поля инкома паракрейсера. Гагарин начал всплывать, отстраняться от потока информации, но параллельно с этим ему незаметно (хотелось бы верить) удалось запустить одно щупальце из своей чувственной сферы и просканировать сознание корабля.
