— Ну, почему же сразу для тебя? Я сказал, что этот ход Кукловода, сразу скажу, что это дурацкое и в корне не правильное название, был многогранен. Не появись ты там, ничего плохого для Врага бы не случилось, а Человечество лишилось бы одной из своих планет. Но тут появился ты, и план сработал в полном объеме, точнее мог сработать.
Виктор молчал и просто хлопал глазами, как нерадивый ученик.
— Опять же, хочу сказать, что даже я, возможно, не увидел полностью всего замысла Противника касательно той атаки, но мои возможности несколько больше твоих. Пока что.
— Что это за туман, в смысле программа? Что она должна со мной сделать?
— Ничего особенного. Ты уже вполне убедился в том, что она с тобой сделала.
— Ты про чувства?
— Ага, про них. Программа Врага превратила тебя в обыкновенного паранорма, почти человека и, фактически, вывела тебя из игры.
— Но разве…
— Пойми даже мы вдвоем с тобой в полном потенциале наверняка не выстоим против Врага в открытую. Лишь объединившись все Человечество, все паранормы и, я бы даже сказал, все цивилизации смогут нанести Противнику такой урон, чтобы ограничить его деятельность.
— Кто он, этот Враг? Я видел его эманации везде. Его влияние настолько обширно, что не поддается описанию.
— Тебе пока рано знать об этом. Я не уверен до конца, что сам во всем разобрался.
— Но почему? Мы же с тобой на одной стороне.
— Да, но только у нас разные пока роли и пути. Вскоре влияние Врага начнет проявляться повсеместно на территориях Федерации, и ты должен будешь пресекать все попытки Противника нанести как можно больший урон Человечеству. Поскольку в этих столкновениях ты вряд ли встретишься с сами Противником и даже с его проекциями, как это было на Венере, то твоих возможностей и знаний вполне должно хватить. Как только, Враг убедится, что ты знаешь больше или умеешь больше, он явит силы несоизмеримо превосходящие те, с какими ты столкнешься в самое ближайшее время.
— Постой, ты говоришь, что на Агее была всего лишь проекция Врага?
— Конечно, иначе бы мне не удалось выставить его из системы так легко.
— А что будешь делать ты?
Незнакомец помотал головой.
— Тебе не нужно этого знать. Я уже сказал, что это для тебя опасно. Пока опасно.
— Ты хочешь использовать меня в темную?
— Это не совсем верное определение, но, в целом, оно правильно. Видишь, я честен перед тобой, поскольку еще надеюсь и верю, что нам предстоит вместе драться плечом к плечу, но до этого каждый из нас должен пройти свой путь в этой войне.
Он помолчал, потом добавил:
— Кстати, мне кажется, что не нужно огорчать нашего Недруга так скоро.
— В смысле?
— Он думает, что вывел тебя из игры. Вот и не будем его в этом разубеждать. Я, конечно, запущу контрфайл, но советую тебе не проявлять своих способностей больше необходимого до определенного времени. Проще говоря, старайся быть обыкновенным паранормом, не показывай свой потенциал.
— А когда наступит время действовать в серьез?
— Ты узнаешь, — загадочно усмехнулся незнакомец.
В следующее мгновение туман внизу вспыхнул ярким, ослепительным белым светом, и все окружающее пространство подернулось рябью, завибрировало, загудело. Впечатление было такое, что кто-то огромный тронул колоссальных размеров виолончельную струну.
Виктор почувствовал, что теряет сознание. Последним, что он услышал, перед тем как на глаза легла белесая пелена, была фраза Незнакомца, обращенная к нему:
— Называй меня Странником. Пока это все, что я могу сказать о себе в открытую.
Гагарин проснулся, резко открыл глаза, сел. Свой ни то сон, ни то видение он помнил до мельчайших подробностей, а поэтому первое, что Виктор сделал, придя в себя, это продиагностировал свое состояние. Привычное уже внутреннее сканирование не обнаружило никаких отклонений от нормального состояния параморфа, что, в свою очередь, свидетельствовало о провале плана Врага по программированию Виктора.
— Надо быть аккуратней, — проворчал Гагарин, вставая с пастели.
Теперь ему не нужно было тратить достаточно большое количество времени по утрам на поддержание своей формы. Будучи параморфом, Виктор подчинил себе всю внутреннюю физиологию, и ему достаточно было обычного мысле-волевого рапорта, чтобы повлиять на тот или иной процесс в своем организме.
