На следующий же день (строители еще закладывали промежутки между столбами) появился первый продавец: Геллер Гренхат притащил сорок шкурок зимней лисы. Дожидался, пока купцы мимо поедут. Шен вызвал с заимки тещу и с ней еще каких-то бабушек; те приволокли неимоверные кошелки с малиной. А сам Шен и его постоянный спутник, Фламин, наняли пару медведей и привезли просто гору вяленого мяса. В лесу за рынком пришлось спешно рубить лабазы с прочными дверями. И замки вешать, под которые запирались товары.
Еще через день медведи довершили кладку стен, выгладили и вымостили пол. А потом Спарк поймал их за странной работой. Вытянув несколько канатов, несущих полотняную оболочку, медведи прилаживали к ним - парус.
-- Для чего это? - искренне удивился наместник. Вместо ответа бурые Ур-Син живо расправили парус между соснами и подставили его легкому утреннему ветру. Рывок, хлопок - полотно крыши пошло волнами, и весь мусор, сбитые за ночь веточки, вороньи перья и тому подобное, посыпалось с оболочки. Но не в центральное отверстие, как ожидал Спарк, а через наружный край, в противоположной от паруса стороне. Словно бы кто поднимал оболочку изнутри, толкая мусор от середины к краям. Медведи заулыбались, показав здоровенные белые зубы.
-- Значит, канаты натягиваются так, что порыв ветра сгоняет с оболочки мусор?
Мохнатые строители замотали громадными головами:
-- Мусор - ерунда! Будет же и зима, и снег!
***
-- Снег... нескоро еще.
-- Да, осень теплая на диво... Что там на окраинах? Слышно, свежие вести ночью привезли?
-- Все так, как мы полагали. Он занят делами. А она все ближе.
-- Но ведь...
-- Да, конечно. Она не захочет остаться тут, у Висенны. Через несколько лет привыкла бы. Да только ей и четырех октаго не дадут. Он слишком долго ждал.
-- Десять лет, да. Учти еще, что их земные годы короче наших дней на... на сколько?
-- На девятнадцать или двадцать дней. У них, вообще-то годы разной длины. Так что, по их меркам, это не десять лет, а почти одиннадцать. Легенда!
-- Ну так вот, она потянет к Земле.
-- А он уже не сможет уйти. Укоренился. Друзья, побратимы. Кровь, в серебрянной чаше смешанная. По одному слову сотни людей подымаются башню строить. От такого уйди попробуй! У власти вкус крепкий. Не всегда и любовью перешибить можно...
-- Сам-то он понимает хотя бы, куда идет?
-- Зачем ему понимать? Ему сейчас и так хорошо. Копье в полете: цель известна, по сторонам красивые картинки мелькают... и ветер в лицо.
***
Ветер в лицо, а травяные метелки по ногам - погоня! Купцы из ЛаакХаара вели караван в сорок две телеги. Железо везли. Как вдруг с опушки поднялись на них две восьмерки разбойников. Гикнули, свистнули... а не доскакали. Потому как из-за ближнего холма вылетело вдвое больше волков, и разбойникам пришлось заворачивать лошадей. Ну, а где легкий волк за нагруженным конем гонится, там понятно, какой исход. Скоро догнали банду, принялись на мягкую землю за штаны сдергивать. Следом неспешно выехали судейские стражники. И всех, кто головы не сломал, перевязали на веревку, подобно сушеной хурме.
Ратин судил быстро: длинную связку разрубил на пары. Парам объявил так: кто из двоих победит, того отпустим на все четыре. Выживешь в степи - твоя воля; а не выживешь - плакать не станем.
Из восьми пленных шестеро послушно схватились друг с другом. И то сказать: я тут в степи умру, а мой кореш, можно сказать, молочный брат - одну ведь грудь тискали у той девки на постоялом дворе! - вот он живой уйдет? Да пусть у меня дом сгорит, лишь бы у него кошка сдохла! И рубили вчерашнего спутника с неподдельной злобой: умру я сегодня - и ты не доживи до завтра!
Так что после боя закапывали не троих, а всех шестерых.
А двое драться отказались, и потому Ратин посмотрел на них внимательней. Первый был рослый, крепкий и привычный к своей силе. Женщине боль причинить или там ребенка на копье - не промедлит. Второй поначалу не показался судье опасным. Но меч на землю бросил именно он. Ратин пригляделся к нему еще пристальней. Ростом не вышел, шириной плеч не поражает, лицо - не морда! - худое, черты резкие, словно чеканные. Глаза ярко-красные. Из-за Грозовых Гор пришелец, из далекой-далекой восточной пустыни... Вот бы расспросить, что там? И, в особенности, как он сюда попал?
-- Хочешь без грязи обойтись, так-то вот... -- проскрипел красноглазый. - Чтобы мы друг друга резали, а ты чистеньким вышел?
Ратин улыбнулся, уже зная все, что будет дальше. И повертел над головой правой ладонью: круг!
Волки и стражники суда охватили утоптанный пятачок степи. Ратин вошел в кольцо с мечом, а следом туда же втолкнули мордатого. И меч ему сунули: дерись!
-- Не буду, -- упрямо мотнул головой бандит. Видно, сообразил, что есть тут какое-то правило, наподобие "безоружных не рубить". И не угадал, потому как Ратин просто снес ему голову одним движением. Взмахнул рукой: следующий!
