-- А что, гвозди, да скобы плотничьи из "медвежа" ковать прикажешь? Подковы да косы из лучшей боевой стали велишь понаделать? Их-то да наральников как не станет в окрестных деревнях, уже сегодня топор купить не всякий может, втрое цена поднялась, вот! Откуда зерно и мясо тебе тогда возьмется, и чем тебе углежоги деревья валить станут? Тем, чем ты думаешь, кобель старый?
Корней молчал, и четвертники, наконец-то, утихомирились. Посадник покачивал в пальцах золотое "солнышко". Мечталось город в руке держать - вот и держу. А дальше что? Солнышко на стол положить, правь, кто желает? Так ведь поздно уже, Князь удила закусил. Доносят с северных равнин: конница собирается. Легендарная и грозная, знаменитая конница Княжества... Одно утешение: кони по стенам не лазят и перелететь над заборолами не сумеют. Плохо, что у Князя войско, а не просто вооруженный сброд. К бою привычны. Первую стычку проиграют - не расхнычутся. Встретят врага не по силам - раненых и знамена не бросят, спину не покажут... Город обложат - смело на стены полезут; терпеливо будут стоять в осаде.
И железа ЛаакХаарского хочется. Дешевое оно, и весь сказ. И торговые дворы в ЛаакХааре бросишь - не вернешь потом, желтоглазым палец в рот не клади. Откусят. Сам такой!
И заселять Южный Тракт боязно. Волчий Ручей не устоял, а крепок был.
И время тянуть некуда. Надо что-то делать сейчас, пока еще держится мир...
***
-- Мир установлен, разбойников всех переловили. А что же Тракт пуст по-прежнему?
Опоясанный сидел на свернутом потнике, спиной к тенькающей и свиристящей опушке. Фламин поворачивал над костром вкусно пахнущий кусок лосятины. Шен снова точил копье. Ратин и Остромов вполголоса считались, кому проверять часовых на какой стороне. Сэдди рассказывал что-то забавное: за смехом самой истории слышно не было.
Напротив Спарка, подобрав ноги по степному обычаю, уселись двое высоких, загорелых парней, одетых в стеганки и полосатые штаны стражников ХадХорда. Ридигер и Сегар, которые очень-очень давно остались на севере, собирая новости о городских событиях. Собранное они потом пересылали на заимку, а уж оттуда вести доходили до Братства - пока оно училось то корабли водить, то суды судить.
-- ...Да не знает никто причины, отчего Тракт пуст. То ли Ратуша не велела на юг ездить. То ли - ахтвы городской на Тракте много, нам в страже что ни день талдычат: "Смотрите, мол, кто на юг с оружием едет, всех перенимайте." -- Сегар кривил обветренное лицо:
-- Только купеческие караваны допускается с оружием выводить. Их на самом деле мало. Причины никто не знает - это одно. Не ищет - это другое.
-- Не ищет, вот как? - встрепенулся наместник. Лазутчик принялся за пространное объяснение: что он видел, что подслушал, да какие выводы сделал из того, из иного, да с учетом того вон третьего важного дела, да оглядываясь на то еще влияние...
Игнат подумал: люди жизнь живут. Ратин, кажись, девушку подыскал. Дождусь, сватом позовет. Шен просто мясо жарит. А духовитое какое -- живот урчит... Сэдди знай себе языком молотит. Из первой ватаги их только двое и осталось. "Мне бы Ирку скорей дождаться..." -- Спарк вздохнул. - "А что потом? Не все ли равно!"
Отпустив лазутчиков, Опоясанный поднялся и нашел в лагере судью:
-- Скажи, Ратин, отчего так просто все?
Сын Ратри Длинного почесал затылок и промолчал. Чувствовал, что Спарк еще и не начал высказываться.
-- ...Вот у нас в ватаге. За сколько лет - ни одной крупной ссоры, ни дележки. Разве такое бывает? И судьба наша. Под телегой ночевали, кусок мяса на шестерых делили -- было. По морю ходили. Свою крепость держали - не удержали, а все равно те годы сейчас уже в легенду вошли, ведь было ж хорошо! Ну, почему так?
Ратин молча улыбнулся.
-- Да знаю я, что тут словами не ответишь, -- Спарк помотал головой. Распорядился:
-- С Трактом после разберемся, а прямо сейчас надо землю заселять. И Башни снова заполнить магами. Или хоть просто людей там посадить, ради присмотра... -- поглядел в темнеющее восточное небо, во влажную от полуденного дождя степь. Ожидал запаха влаги, на худой конец дыма, дожарившегося мяса - а повеяло камнем и раствором; договорами и инструментами; потными спинами плотников и свежесрубленным лесом; пылью, точильным камнем, доспешной кожей и горелым железом. Хлопотами.
Спарк опустил руки на звякнувший Пояс:
-- Завтра же и начнем!
Первым делом разметили и построили рынок. Сперва - возвели четырежды восемь столбов по кругу. На них кольцом уложили толстенные брусья, привезенные аж из Левобережья. (Наместник сделал зарубку на памяти: лесопилка требуется своя. И сушилка для дерева тоже должна быть своя. Из свежего леса рамы и двери не сделаешь, а из Левобережья не навозишься.)
Поверх кольца растянули канаты, а на канаты раскатали обычное полотно. В центре круглой оболочки сделали отверстие: для света и водостока. Под отверстием - водосборный бассейн, а из него мощеный канал под стеной - в ближайшую яму.
