Сжимаю губы, глубоко вздохнув через нос.
- Она занимается футболом и волейболом, - отвечает вместо меня мать. - Она даже в школьной команде…
- Кстати об этом, - я потираю ладони, перебивая. - Меня, на время, исключили из команды. Я не в основном составе теперь, - удивительно. Я думала, что признать это будет трудно, но все вышло более-менее.
- Как? - кажется, мать поражена даже больше, чем я, когда вчера услышала это от тренера.
- Ну, я не очень хорошо показала себя на тренировках, - смотрю на Сандру. - Не знаю, связано ли это с моей неуклюжестью, но я просто не такая меткая, как раньше.
- Поподробней, - женщина заинтересовалась.
- Обычно я спокойно забивала мяч в ворота. Мне нужно было только сконцентрироваться и сильнее ударить, но теперь я даже с близкого расстояния не могу попасть, а недавно я не то, чтобы не забила мяч, я просто не попала по нему ногой, - махнула руками.
- А такое проявляется только на тренировках? - Сандра расправляет плечи.
Я задумалась.
Что ж, если уж начали…
- В последнее время я замечаю кое-что странное. Это очень сложно объяснить… - заикаюсь, выдыхая. - У меня будто сбита координация. Например, я хочу поставить кружку на стол, подношу её к нему, уверенно отпускаю, но она падает на пол. И только тогда я замечаю, что расстояние до самого стола ещё довольно-таки большое. Так же было с гитарой. Дилан протянул мне её, но вместо неё я схватила воздух, - нервно смеюсь. - И еще, - смотрю на ладони, которые поднимаю вверх. - Иногда мои пальцы дрожат.
Сандра, как и мама, опустила взгляд на мои ладони. Совпадение или нет, но сейчас пальцы рук заметно тряслись.
- Я стала оступаться чаще, чем раньше. Бывает, я просыпаюсь с болью в ногах, - хлопаю ладонями по коленкам, пытаясь вспомнить что-нибудь ещё. - Вроде, это все, - пожимаю плечами.
Мать перевела глаза на Сандру, ожидая её слов, но та молчала, опустив взгляд. Думает?
Она сложила руки на груди, подняв на меня глаза:
- И так, - отложила журнал, попросив меня повернуться к ней всем телом. - Возможно, у тебя сбита координация, поэтому давай кое-что проверим, - поднимает палец. - Подними свой указательный палец и дотронься им до моего, потом до кончика своего носа.
По началу это выглядело забавно.
Касаюсь пальца Сандры, после чего своего носа. Вновь её пальца.
- Не торопись, - просит женщина. Мать внимательно следит за нами, по-прежнему потирая мое колено.
И вот напряжение мгновенно сковало тело.
Касаюсь пальца Сандры, чувствуя, как мой указательный палец начинает дрожать. Касаюсь крылышка носа. Не кончика, как она просила. Затем вновь тянусь к пальцу Сандры. Промахиваюсь.
Хмурюсь.
- Продолжай. Будь внимательней, - просит она.
Я повторяю все действия, но с каждым разом только хуже. В конечном счете, когда я коснулась пальцем не носа, а щеки, Сандра улыбается, прося остановиться:
- А теперь, следи за моим пальцем зрачками. Только ими, поняла?
Киваю.
Мать молчит.
Женщина двигает пальцем. Я слежу за ним, не вертя головой, как меня просили.
- Посмотри, - Сандра кивает моей маме. Та поднимается с кровати, взглянув на меня. Я не отвлекаюсь, пытаясь сконцентрироваться и не отвлекаться, но начинаю чувствовать боль в глазах.
- Что… - мать открывает рот, но Сандра перебивает:
- Её зрачки не успевают, да?
Мама кивает, хмурясь.
Наконец, пытка окончилась. Женщина улыбается, но натянуто:
- Думаю, стоит провести полное обследование, но, мне кажется, это переходный возраст и ей просто нужно пить больше витаминов, - смотрит на меня. - Бывает такое, что у тебя сводит мышцы?
- Да, - киваю.
- Ясно, - Сандра потирает свои колени. - Что ж, - поднимает глаза на мою мать. - Думаю, вам нужно записаться на обследование. Желательно, сделать томографию головы.
Мать потирает руки, хмурясь, и внимательно слушает наставления Сандры. Я в это время смотрю в окно, цокая языком.
Пока мама с Сандрой записывали меня на обследование, я выпила бутылку обычной воды, как меня просили, правда, пить особо не хотелось.
Мама обычно пытается записать меня к проверенным врачам, поэтому проводит целое исследование: читает отзывы, положительные и отрицательные рецензии, так что обычная запись может длиться много времени. Соглашусь, хоть мама и придирчива, но в данной ситуации я её поддерживаю.
Но самым трудным было отпроситься у матери на пляж. Я, конечно, рада, что она беспокоится обо мне, но сейчас действительно чувствую себя превосходно.
До обморока внутри меня бушевало слишком много неприятных эмоций, а теперь мне так легко. Голова пустая, ощущение легкости придает мне сил, да и, не скрою, выпитая вода пошла на пользу.
***
Он боится?
Дилан уже который час сидит в своей комнате, сжимая белый конверт в руках.
“Й. О’Брайен”.
Одно имя и сколько воспоминаний.
Неприятных воспоминаний.
Парень ложится на кровать, подняв руку. Смотрит на письмо.
Откроет?
Вряд ли.
Ему это не нужно. Одного осознания, что он до сих пор пишет ему, достаточно.
Стук в дверь. Дилан прячет конверт в карман темных джинсов, лениво поднимаясь с кровати, и перебирает ногами, направляясь к двери. Поворачивает ручку, открывая.
