Прочитав стихотворение, Иван быстро убрал листок, так как в его верхней части чётко виднелись фамилия, имя и отчество автора, на что он ранее не обратил внимание. Фокус поначалу удался, Галя не заметила.
Но под впечатлением услышанного она начала разборку:
Опять залезший под одеяло любовного лона, Иван удивлённо заметил:
–
Как ни странно в этот раз Иван довольно быстро возбудился.
Стихотворение, и богатое воображение в душе художника, видно продуктивно подействовало и на него самого. И в этот раз всё получилось!
Довольные, они развалились в неге, ещё раз смакуя строчки произведения, опять представляя себя обнажёнными и одинокими на пляже под лучами жаркого, южного Солнца.
–
Невидимо для неё покрасневший в темноте Иван Гаврилович не знал, что теперь и сказать-то.
Делая вид, что не расслышал слова сожительницы, он молча, кряхтя, повернулся на другой бок, и, одновременно мысленно благодаря за такие нужные стихи и ругая за талант Платона, вскоре заснул с чувством глубокого физического и морального удовлетворения, на этот раз крепким, не стариковским сном.
Один день из жизни Ивана Гавриловича Гудина завершался. Впереди его ожидал новый день, со своими передрягами, успехами и неудачами, с новыми зёрнышками, наклёванными его неугомонной курочкой.
Единственное, что угнетало старца – так это присутствие Платона. И не только рядом с ним, а вообще, в жизни, на Земле.
Будь он волшебником, или хотя бы Змеем-Горынычем, то наверняка бы сразу просто испепелил Платона.
Иван Гаврилович был, конечно, человеком уникальным. И уникальность его заключалась в том, что он был единственным в Мире человеком, с которым у Платона были плохие отношения.
А самые хорошие отношения у Платона естественно всегда были со своими детьми.
В этом году им самим, Варварой и всеми родственниками, ожидалось обещанное положительное решение вопроса о возвращении на Родину старшего сына Вячеслава. И вся родня с нетерпением ждала новых радостных вестей от российских властей.
А пока Платон пообщался через Интернет по «Skype» и через WEB-камеру со следующим по старшинству сыном Владимиром и внучкой Дианой, узнав о новостях в их жизни. Несмотря на местный, перманентный, украинский экономический кризис, Владимир занимался бизнесом, один кормя всю большую семью, всё больше увязая в естественно накапливаемой им движимости и недвижимости, невольно хороня под нею свою мечту о переезде к отцу в Москву, на ПМЖ, со всей своей семьёй. Поэтому надежда Платона теперь переместилась на перспективную внучку Диану.
Внучка хорошо училась, была практически круглой отличницей. Иногда она играла с папой в большой теннис, занималась фитнесом, вместе с подружками став чемпионкой городских соревнований.
Отцу тоже изредка удавалось позаниматься для себя спортом – атлетической гимнастикой, плаванием и бегом. Летом он также хорошо разминался в саду и на огороде.
Однако семья практически не пользовалась результатами своего дачного труда, так как к их приезду люмпен-украинцы очищали от урожаев все окрестные сады и огороды, поддерживая свой достаток торговлей на базаре.
Обе матери хлопотали по своим домам-квартирам.
