В следующем году она скажет: «Сестренка пока маленькая для “Диснейленда”». И еще лет пять продолжит твердить одно и то же. А потом он вырастет из аттракционов, ему ведь уже одиннадцать! У родителей появится новая любимица. Девчонка, о которой мать всегда мечтала. Сестра, которую он никогда не хотел.
Почему он не остался единственным? Единственным для матери и отца? Теперь мелкая мерзавка станет центром вселенной. Орбитой, по которой они будут вращаться.
Или не станет…
Нина остановила чемодан на колесиках у терминала вашингтонского аэропорта и обернулась на Брек, плетущуюся позади всех.
— Ну же! Машина ждет.
— Телефон с ума сходит, — пожаловалась Келли, не отрывая глаз от экрана. — Одно уведомление за другим.
Бакстон, Уэйд и Кент уже обогнали их, ничего не заметив.
Нина подошла к коллеге.
— Все нормально?
Краска сошла с лица Брек.
— Да чтоб тебя…
— Яснее не стало, — проворчала Нина. — Можно поподробнее?
Брек развернула телефон к Геррере. В заголовке статьи Шестого канала значилось:
«ПОДМЕНА ДЕТЕЙ: ПУТАНИЦА В ОКРУЖНОЙ БОЛЬНИЦЕ ПОМЕШАЛА ФБР».
Нина отпустила ручку чемодана, выхватила телефон у Брек из рук и принялась листать статью. Ее тревога росла с каждой строчкой.
— Что случилось? — Бакстон вернулся к девушкам, Уэйд и Кент шли следом.
— Джеймс Снид, вот что, — буркнула Нина. — Тот репортер с Шестого канала. У него новый эксклюзив.
— Теперь-то о чем? — Судя по виду, Кент даже не хотел слышать ответ.
— Я настроила оповещение о любых новостях про наше расследование, — начала Брек. — Снид пронюхал о подмене младенцев. Даже получил официальное заявление от Маркуса Джонсона — того юрисконсульта, с которым виделась Нина.
— Как он мог так быстро узнать? — недоумевал Бакстон. — Вряд ли больница рвалась обнародовать инцидент. Будь их воля, они молчали бы до последнего — дай только возможность решить все полюбовно и с договором о неразглашении…
— Утечка данных, — Кент кивнул. — Кто-то из органов нас сдал. Спорим, Перес?
— Почему это? — Нина уперла руки в бока.
— Кроме ФБР, только он знает правду.
— А еще его подчиненные и начальство из полиции Финикса, — возразил Уэйд.
— Местным полицейским ни к чему разглашать эту историю, — отрезала Геррера. — Зачем ставить свое же расследование под сомнение, выставлять себя в дурном свете? Ерунда.
Пока Кент спорил с Бакстоном об источнике слива, Нина осознала еще одну проблему.
— Мы не предупредили ни семью Марии, ни семью Виктора. — Вина тяжелым камнем легла ей на плечи. — Они обо всем узнают из новостей.
Бакстон бросил взгляд на часы.
— У нас мало времени. Поезжайте в «Святую Елизавету» с агентом Геррерой, — велел он Уэйду. — Агенты Брек и Кент, свяжитесь с обеими семьями и сообщите известия. Попросите не разговаривать с прессой, пока мы лично не встретимся в Финиксе.
— А я все же хочу узнать, кто сливает информацию репортеришке! — возмущался Кент.
— Может, и никто… — Брек широко распахнула глаза. — Он освещал дело Ла Йороны, значит, подходит по возрасту…
— …к подозреваемому, — закончила Нина. — Что мы знаем о Джеймсе Сниде?
Бакстон понимающе кивнул.
— Мы составим его портрет, пока вы двое допрашиваете Кардону.
— Кстати, о Сниде: он написал про обе стороны подмены? — задумался Кент.
Геррера пробежала глазами электронную версию репортажа и наконец нашла нужное место.
— Он упоминает и дело Ла Йороны, и семью Вега, и даже называет Кармен Кардону матерью второго ребенка.
Уэйд выругался.
— Надо первыми добраться до Кармен! Она хоть и под охраной, но кто-нибудь из персонала может сболтнуть про новости, пусть и с другого конца страны…
— Позвоните в клинику по дороге, — решил Бакстон. — Отныне делимся информацией только по необходимости, иначе утечек не избежать. Скажите, Уэйд, как на подозреваемого подействует то, что ребенок Виктора и Марии выжил?
— Он утратит над собой контроль. Все эти годы он инсценировал преступления, претворял в жизнь сюжеты собственной драмы. Заранее изучал жертв, продумывал малейшие детали. А теперь выяснилось, что в сценарий закралась ошибка.
Нина представила, как зол убийца: разрушенная им счастливая семья оказалась и не семьей вовсе!
— Он построил карточный домик, а судьба вырвала первую карту, — продолжил профайлер. — Значит, вся конструкция рухнет.
— И как он поступит? — задала логичный вопрос Нина.
— До недавнего времени он действовал предсказуемо, убивая только двадцать девятого февраля, но уже изменил своему почерку в случае с Томасом Кирком. Значит, налицо регресс. Узнав правду, он быстро исправит промах.
— Исправит? — переспросила Брек.
— Полагаю, он захочет устранить недочет в плане. Подобный тип личности не успокоится, пока не добьется полного порядка во всем. В конце концов, в том и состояла цель убийств.
Нина на всякий случай уточнила:
— Хотите сказать, он попытается найти пропавшую девочку — теперь уже взрослую — и убить ее?
— Она его упущение, — Уэйд кивнул.
Геррера ухватилась за ручку чемодана и покачала головой.
— Интервью с Кармен Кардоной становится все важнее…
