Церковь однажды её спасла, но за последнее время случилось столько всего, что даже в этом она уже сомневалась. Может быть, Эрих прав? Никто её не спасал, а просто запугали ещё больше, запутали, для того чтобы подчинить себе.
Выходит, Добро и Зло по сути не особо отличаются друг от друга методами воздействия. Все врут, все кормят иллюзиями, все прячут от людей истину. Потому что никому не нужны смертные, которые знают правду. Тем, кто знает истину, невозможно управлять. Тот, кто наделён Знанием, становится подобен Богу. А кому нужны конкуренты?
Безысходность окутывала отравляющим облаком болотного газа, просачивалась в душу и кровь. И Ева с ужасом чувствовала, как слабеет неотвратимо, чувствовала, как из неё утекают, словно кровь из раны, и её решимость, и дерзость, и вера в победу. Да, бывает и так: удар нанесли телу Эриха, а ранить удалось душу Евы.
– Готово, шеф, – провозгласила Тася. – Может, тут останешься, у нас под присмотром?
??????????????????????????– Спасибо, – Эрих, пошатываясь, поднялся.
И Ева сразу метнулась к нему. Встретившись с ней глазами, он добавил, покачав головой:
– Нет, спасибо – у себя отлежусь.
– Ева, будет сильно болеть, зовите меня сразу, хоть среди ночи! – Лиза сочувственно коснулась плеча Черновой, и ей тоже сразу стало немного легче.
– Да, конечно! Спасибо, Лиза! Спасибо, Таисия Андреевна! – Ева подхватила Эриха под руку, с тревогой поглядывая на его побелевшее лицо.
– Фея моя, – грустно улыбнулся Эрих, едва оказались в коридоре, – ну, перестань! Честное слово, на тебя смотреть больнее, чем вот это всё! Ева, всё хорошо… Правда!
– Ничего не хорошо, – вздохнула Ева, отводя взгляд. – Пойдём домой? Тебе лечь надо…
– А ты со мной приляжешь? – шутливо подмигнул он.
Ева улыбнулась, отгоняя тьму, окружившую её косматым коконом:
– Если только сказку перед сном рассказать…
Он внезапно посерьёзнел, поймал её руку, прижал к губам ладонь.
– Я тоже тебя люблю!
– Разве я это говорила? – она улыбнулась насмешливо и нежно, а на глаза навернулись слёзы.
– Я так услышал…
57
Эрих взял с Виты обещание, что одна она больше туда не сунет нос. И она пообещала – пока он не выздоровеет, в Запределье ни ногой.
Собственно, её и уговаривать не требовалось. Возвращаться туда, к заветной двери, ведущий в неизвестность, совершенно не было желания.
Но об этом она ему говорить не стала.
Эриху и так пакостно, чтобы ещё своими страхами и упадническим настроением добивать.
К счастью, рана заживала, и довольно быстро. Похоже, их страхи, что вместе с проклятием могло уйти и его бессмертие, и его неуязвимость, и его способность к быстрой регенерации, были напрасны. Эрих сохранил свою живучесть и быстро шёл на поправку.
Но пока он вынужден был отсиживаться в Крепости, и это его выводило из себя. Нет, он не жаловался, не ругался, но Ева чувствовала, как внутри него беснуется, как море в шторм, эта ледяная ярость.
Тем более что новости каждый день поступали одни хуже других.
В Вашингтоне появилась какая-то неведомая и невидимая нечисть, убивавшая, просто соприкоснувшись с человеком. Нападала и ночью, и днём. Что это такое, никто не знал. Как уничтожить, естественно, тоже. Никакого спасения от этой заразы не было. За три дня выкосила половину населения города. А потом исчезла столь же неожиданно. И теперь оставалось лишь гадать, где это всплывёт в следующий раз.
В Пекине началась новая эпидемия неизвестного вируса. Уже десятая вспышка, кажется… Ева мысленно пробежалась по всем новым неведомым болезням, обрушившимся на население планеты за этот месяц.
Ну, точно – юбилейный десятый вирусняк. Может, им уже названия и классификации давать нет смысла – просто номера?
Про бунты, митинги и всяческие стычки уже никто даже не упоминал. Уровень агрессии в обществе давно перевалил все мыслимые и немыслимые границы.
А потом вдруг... цунами. Цунами в акватории Средиземного моря.
Такое мощное и разрушительное, что смело прибрежные поселения почти в двух десятках стран. Вот уж чего никто не ждал!
Море оно, конечно, всегда море, но ведь всё-таки… не океан.
Разрушения были страшные. К жестокому удару водной стихии оказались совершенно не готовы. Европа ушла в глубокий траур.
В социальных сетях всё чаще звучали слова «конец света» и «Судный день». На улицах появились сотни фанатиков, истово призывающих молиться, ибо апокалипсис грядёт.
Люди, выжившие после землетрясения, наводнения и атак нечисти, находились в таком ужасе и отчаянии, что готовы были схватиться за любую возможность выжить. Интернет заполнили съёмки того, как толпы несчастных собирались на площадях и в самых крупных храмах и устраивали круглосуточные бдения.
– Не удивлюсь, если скоро запылают костры инквизиции, – скрипнул зубами Эрих.
– Людям надо верить во что-то… В кого-то сильного, способного защитить, – возразила Ева. Добавила с грустной улыбкой: – Не у всех же есть ты! И им нужно знать, что они не одни, поддерживать друг друга в трудный час.
