— Ольга Платоновна, позвольте засвидетельствовать своё почтение, — подошедший приложился к ручке моей жены и обернулся ко мне. — Позвольте отрекомендоваться, боярич Третьяков Михаил Игоревич.
— Очень приятно. Помещик Ртищев Никита Григорьевич.
— Вы позволите мне пригласить вашу супругу на полонез?
Я даже мысленно усмехнулся от подобной наглости. Полонез первый танец любого бала. И в программке, присланной вместе с приглашением, он так же значился во главе списка. Традиционно первый танец дамы и девицы танцуют с сопровождающими их мужчинами, если таковые имеются. Буде она прибыла с матушкой или батюшкой, тогда совсем другое дело. Но Ольга-то не одна. И он отлично это знает.
Подобное поведение можно интерпретировать не просто как пренебрежение, оно граничит с оскорблением. И судя по тому, что даже Ольга не смогла сдержать эмоций, тут же заледенев взглядом, я в своих умозаключениях был не одинок. Не дав жене открыть рот, я заговорил первым, придерживаясь нарочито вежливого тона.
— Позвольте уточнить, Михаил Игоревич, что вы сейчас делаете? Пытаетесь спровоцировать меня пренебрежительным поведением? Или решили прощупать, насколько правдивы сплетни, и действительно ли у нас с Ольгой Платоновной чувства, а не брак по расчёту?
— Я попросил бы…
— Не стоит, Михаил Игоревич, — продолжая вежливо улыбаться, оборвал его я. — Кто бы ни попросил вас об этой выходке, затея эта глупая. Во избежание недоразумений я бы советовал вам принести извинения и удалиться.
— Б-боже, куда катится мир. Какой-то худородный дворянчик…
— Я бы вас попросила…
Ольга начала было подниматься, но я положил ей руку на плечо и, глядя в глаза, успокаивающе улыбнулся. Потом обернулся к бояричу и самым беззаботным тоном произнёс:
— Пшёл вон, убогий. Или я тебя сейчас в пол втопчу и скажу, что так и было.
— Ожидайте моих секундантов, сударь, — тут же выпрямившись, словно лом проглотил, ответил он. После чего удалился, не удосужившись попрощаться хотя бы ради приличий.
— Вообще-то, я и сама могла поставить его на место, — уже совладав с собой и томно обмахиваясь веером, заметила Ольга.
— И лишили бы меня возможности поучить этого придурка, — не согласился я.
— Ох, Ртищев, Ртищев. Что у вас за привычка вынуждать окружающих бросать вам вызов, — с безнадёжным видом вздохнула она.
— Я лишь довожу до логического завершения ими же и начатое, — возразил я.
— Не желаете кого-нибудь пригласить на танец? — решила сменить тему Ольга.
— Нет. Если только ради приличий составить пару вам.
— Предпочту воспользоваться этим, чтобы пропустить полонез. Хм. А впишу-ка я вас на все мазурки, кадрили и польки.
Я отметил, что пропускать она намерена только подвижные танцы, где приходится скакать козочкой. Вполне объяснимо в её положении. Понятно, что медики моего мира не чета местным лекарям, но и они не боги, а потому, если есть возможность избежать рисков, то так и следует поступить.
Вообще-то, была у меня мысль, что она пожелает избавиться от моего ребёнка. Но, как видно, материнский инстинкт в ней оказался куда сильнее, чем мне казалось изначально. Вот как-то не хотелось верить в Ольгин прагматизм и желание заполучить потомство с сильным даром. Признаться, в этом случае я сильно разочаровался бы в ней.
— Я вижу, у вас тут весело, — заметил подошедший Любавин с бокалом игристого в руке.
— Не сказать, что совсем весело, но и не особо скучно, — пожал я плечами, высматривая лакея с подносом.
До фуршетных столов дело ещё не дошло, но по залу уже разносят вино. Не то чтобы местным нужно перед танцами слегка разогреть кровь и сломать ледок для преодоления смущения, как это бывало на дискотеках моего времени. Здесь с развлечениями не очень, а потому народу раскачиваться не нужно. Вино же требуется, чтобы просто занять руки и слегка промочить горло.
Ольга также взяла бокал, предпочтя безалкогольное столовое вино. Признаться, до появления в этом мире я понятия не имел, что такое вообще существует. Безалкогольное пиво, оно конечно, да и то, я полагал, что это технологии будущего, а тут пожалуйста. И ведь на вкус самое настоящее вино со всем полагающимся букетом.
Наконец распорядитель бала объявил о начале и призвал пары занять стартовую позицию. Я даже залюбовался тем, как этот ловкач виртуозно разруливал толпу желающих принять участие в танце, выстраивая их в нужном порядке. Впрочем, справедливости ради, присутствующие и сами прекрасно разбирались в вопросе, а потому их достаточно было лишь слегка направить.
— Никита Григорьевич, не принесёте ли мне мороженого? — попросила супруга, едва зазвучал торжественный полонез.
— Разумеется, Ольга Платоновна.
