Я вновь выставил портал, прикрываясь от возможной атаки второго нападавшего, сам же уже достаточно пришёл в себя, чтобы рвануть в сторону обескураженного третьего противника, приголубив его заодно ещё и «Копьём». Вообще-то, я хотел просто просадить защиту, но его амулет оказался слабее, чем я предполагал, и льдисто-голубоватый росчерк пробил грудь навылет.
Развернулся в сторону второго нападавшего, активировав при этом свой «Щит» на перстне. Слабоватый, конечно, но хоть что-то, уж больно от души по мне приложились, снеся «Панцирь» в восемьсот единиц практически в ноль. Это мне ещё повезло, что я догадался использовать для защиты порталы.
Хотя чего это я. Первый я построил, чтобы тупо слинять. Но кто же в этом признается. Зато последующие уже намеренно вплёл в конфигурацию боя, уверившись в собственных силах. Причём настолько, что сам без понятия, каким образом трофейная сфера с саблезуба, всё ещё заполненная наполовину, оказалась в ладони левой руки с активированным «Щитом». Благодаря чему я сейчас усиленно перекачивал ману в мой «Панцирь».
Впрочем, всё напрасно. Потому что не успел портал рассеяться, а сколь-нибудь значительный объём маны перекочевать в амулет, как раздался очередной хлопок открываемого перехода. Мой основной противник опять сбежал, оставив на месте нападения трупы двоих помощников. Вот интересно, с чего это я такой смертоносный-то? М-мать!
— Стоять! Полиция! Руки вверх, чтобы я видел!
— Господин урядник, прошу вас, не приближайтесь и не делайте резких движений. Я не местный, на меня только что напали, а потому не имею уверенности в том, что вы тот, за кого себя выдаёте. Единственный, кого я знаю в этом городе, это дьяк боярина Клетнёва. Извольте пригласить его, и тогда я даже не подумаю оказывать сопротивление.
Услышали мои слова и другие полицейские, подбежавшие на место происшествия. Наверняка у них имеются защитные амулеты, опять же, среди них был как минимум один офицер, то есть одарённый. Но я не проявлял агрессии, вот и они решили не обострять.
Пока же суд да дело, я перекачивал ману из сферы в амулет и подобрал выроненный штуцер. Всё же я изрядно изменился, коль скоро даже не подумал воспользоваться привычным по прошлой жизни оружием. И между прочим, правильно сделал. Во-первых, заряды в них слабее. А во-вторых, это всё же оружие дальнего боя. В ближнем лучше делать ставку на карты и руны…
— М-да-а, Никита Григорьевич, лучше бы вы согласились на шестьсот рубликов, — осматривая повреждённый прилётом «Шара» трофей, констатировал дьяк.
— Вот уж не соглашусь, Тарас Маркович. Шкура приняла в себя немалую часть взрывной волны, и контузия вышла не такой сильной, благодаря чему меня не свалило сразу, и удалось быстро прийти в себя, — возразил я.
— Ну-у, если посмотреть на это с такого ракурса, то да, своя жизнь всяко дороже денег.
— Хотя трофей всё же жалко, — вздохнул я.
— Это да. Даже клыки раскололись, — поддержал меня дьяк так, словно потеряны его кровные.
— Тарас Маркович, а можно попросить вас об одолжении?
— Просите, чего уж. Избавив нас от саблезуба, можете рассчитывать на особую благодарность.
— Не могли бы вы походатайствовать перед полицией, чтобы меня опросили завтра. Сегодня у супруги именины, и тесть с тёщей дают бал в честь её совершеннолетия. У меня остался только час.
— Господи, да бегите, конечно. Не переживайте, я обо всём позабочусь, — замахал на меня руками дьяк.
— Благодарю вас.
Добежав до портальной площадки, я переместился в наше поместье, где быстренько привёл себя в порядок, поминая добрым словом то, что в мужских костюмах нет всех этих непонятностей, присущих дамским нарядам. Затем переход на портальную площадь, лихач и…
— Добрый вечер, дорогая, — прикладываясь к ручке супруги, приветствовал её я.
Нет, мы не помирились, но и прежней холодности уже нет. Нас уже вполне можно назвать добрыми соседями, и это серьёзный прогресс. Просто на нас смотрят окружающие, а посему я говорю достаточно громко и чётко, чтобы они слышали. Ну и такой момент, что я не играю, называя её дорогой, а потому и выгляжу вполне естественно.
Хм. А это что такое? Мои пальцы ощутили под белой перчаткой массивное кольцо. В наряды дам, по обыкновению, входят перчатки, но это не значит, что они отказывают себе в удовольствии носить кольца. Но надевать их поверх считается дурным тоном, поэтому они укрывают их под перчатками, разворачивая камнями внутрь ладони. Вот такое кольцо я и нащупал. Вернее, ранговую печатку.
Только вместо её обычной изящной вещицы с княжеским гербом мои пальцы ощутили нечто излишне массивное. Это не могло быть ничем иным, как моим подарком, и надобности в мощном «Щите» сейчас никакой нет. А значит… Я ощутил, как в груди разлилось тепло, и едва совладал с собой, чтобы не выдать глупую улыбку.
— Вы едва не опоздали, — лёгким кивком указывая в сторону послышавшегося голоса распорядителя бала, приглашающего присутствующих на полонез, заметила Ольга.
— Как я мог, — возразил я.
