Выволокли полупьяного муллу, тот попытался отвертеться.
-Я есть человек служащий Аллаху, врачевание не по моей части!
-Да врет он!
Рявкнул кипчак Демир.
-Он у нас все деньги вымогал. Обещал исцелить все раны, отогнать злых духов, заговорить от стрел. Давай лечи, вон целые списки заклинаний, или иглы тебе под ногти, ребята накалят.
Абдул-Расул начал бормотать что-то невразумительное. Затем проверещал.
-Я могу вылечить его, если он примет Ислам.
Пускай повторит трижды - Нет бога кроме Аллаха и Магомед пророк его.
-Замолчи бесстыжие твои глаза! Нельзя никому навязывать свою веру!
Кипчак Буги-бай, сжал увесистый кулак, грубо сунув мулле под нос.
-Исцели его, а потом сердце само подскажет мальчишке, принимать ли ему святую веру пророка Мухаммеда, или хранит верность Христу!
Мулла скрепя сердце согласился, руки у него тряслись, ведь в искусстве врачевания он был полным нулем, в медресе он больше интересовался поисками кладов или... Ну, нет, у него способностей лечить, хоть убей.
Став над Соколичем, мулла начал невразумительно бормотать, шатаясь и дергая головой, на толстой шее.
--А может пора прекратить издевательство! Оттащите муллу!
Негромкий голос, порази всех. Тут же уныние сменилось ликование.
-Лео белый ангел вернулся!
Иван Леопардов и впрямь возник, словно чертик из табакерки. Как всегда мульти-клон подходил к лагерю настолько бесшумно, что его замечали только когда, он сам начинал говорить.
-Мы знали, ты бессмертен!
От последних слов Леопардов содрогнулся. Вид у него менее всего говорил о бессмертии. От изрубленного и исколотого кимоно не осталось даже лохмотьев. Кожа как ежик была утыкана стрелами, порезами и даже ожогами, изукрашена, пожалуй: даже сильнее чем у Соколича. Правда, отличие от человека, все эти шрамы с каждой минутой бледнели и становились тоньше. Скоро они исчезнут и мульти-клоновская кожа, опять станет гладкой и лощеной.
-Где тебя так попалило!
С удивлением вставил богатырски сложенный Полкан.
-Это ваш - джихангир?! Я думал он старше и больше!
Неподдельным изумлением пробасил Демир. Мульти-клон небрежно ответил.
-Это пустяки, Беки баловался огненными шарами, несколько сотен монголов зажарились заживо. А насчет молодости, то я даже младше чем выгляжу. Ты из пленных половцев или кипчаков?!
-Это мой родной брат!
Достойно произнес Турган.
-Хочешь поступить мне на службу?!
-Мы уже зачислились!
Дружно гаркнули братья.
-Отлично! Принесите присягу на Коране, а займусь Соколом.
Леопардов достал аптечку, и принялся лечить измученного Соколича. Мальчик, увидев командира, сразу перестал стонать, глаза засияли от радости.
-Ты явился Лео!
-Да конечно! Ожоги не сильно глубокие, до следующей битвы заживут. Побегаешь за сайдаками! А вы тоже ишаки, у вас же есть аптечки, забыли, как лечат ожоги. За это вам назначаю марш-бросок пятьдесят километров и без коней! - Леопардов уколом пару раз Соколича в шею, немного помассировал за ушами. - Будем стимулировать регенерацию!
- Вот и не больно совсем! - Шепнул мальчик. - Ты Лео чудо! Круче архангела Михаила!
- Если победим врага, то может и будет мне чем гордиться. А пока похвальба только расслабляет и лишает нужной стойкости. Постоянно учиться нужно не только вам, но и мне. Я знаю что ничего не знаю! - Скромно произнес витязь-клон.
Турган философски заметил:
- Скромность сестра мудрости, хвастовство губит разум!
Рязанского посольства был нелегким, намело сугробы, и обоз пребывал в движении уже четвертый день. По пути встречались сторожевые заставы, и небольшие обзорные башенки. На четвертый день князь поставил шатер, до этого он спал на земле у костра, подстелив медвежью шубу. Бдительная охрана несла караул. Небольшие разъезды татар проникали все глубже, и дерзость монголов все возрастала. На последней русской заставе ему рассказали о недавней, кровавой стычке, где полегли целые тысячи монголо-татар. Показали также и пленных сотника Тюляг-Биргена, десяток коренных монголов и муллу Абдул-Расула. Белый легион, разумеется, продолжил движение, ожидая удобного момента для нанесения очередного удара.
Мулла тем времен вел хитрые беседы, с русскими ратниками осторожно пытаясь склонить к Исламу. Воины вели себя сдержано, а Абдул не особенно напирал, вследствие чего обходилось без конфликтов. Помимо военнопленных, на заставе находился и серьезно пострадавший Марк Соколич. Правда, он уже заметно окреп, раны и ожоги заживали как на собаке и вздорный мальчишка, не смотря на письменный приказ Леопардова, уже навострил лыжи. Конечно, хочется повоевать, порубить эту нечисть. Тюляг-Бирген был крепко допрошен, не знающий жалости мульти-клон сполна воздал изуверскому монгольскому сотнику. Князь с удивлением зачитывал сведения о монгольской армии. Затем произнес.
-Соколич настоящий орел! Жалую ему шубу соболью с княжеского плеча. Молодец этот малец, если бы все наши воины были бы такими!
-Да и не хуже есть!
Вставил бородатый богатырски сложенный ратник.
-Мы эти носатых косоглазых чертей в бараний рог скрутим!
-Оголец! Ребенок уложил десять ратников! Когда тебе было двенадцать ты, сколько мог положить?
