– Мой предшественник – это одно, а я – совсем другое, – Полынь поставил локти на шершавый стол. – Бизнесу нужна прозрачность, я считаю. Вдруг вы просто перекупщики, а нам все это время головы морочите? Поражаюсь, как мой старик ни разу не сообразил посмотреть на ваши угодья. Стоп-стоп-стоп! – он поднял ладонь, увидев, что Люха хочет его перебить. – Не вздумай укорять меня однобокостью, не-не. Вот закончим тут все, и я вас к себе приглашу, поняли? Тоже вам все покажу, стеклышко у нас в обе стороны прозрачным должно быть, естественно. Отныне мы станем не просто продавцами да покупателями, а партнерами. Наладим такую эффективную коммуникацию, которая прежде вам и не снилась.
Люха и Ифин переглянулись.
Признаться, этот Роро Шэбонатти уже конкретно достал их своими гениальными новаторскими идеями. Почему в квартале Постскриптумов не могли поставить на верхушку кого-то, у кого нет вожжи под хвостом? Раньше они с шолоховцами спокойно, не мешая друг другу, вели дела, а этот новенький босс всюду сует свой нос и пытается реформировать отношения.
Прахов выскочка!
С другой стороны, ни один бизнес не может жить без перемен. Бизнес – это всегда путь. Толковый предприниматель знает, что его дело создать что-то, развить до максимального потенциала, а потом – продать на пиковом состоянии, пока оно не покатилось вниз. Возможно, им уже пора задуматься о том, чтобы сбыть ферму по производству «водоросли» и сменить регион работы. В этом случае нет смысла сопротивляться сближению с Роро: как раз из него должен получиться хороший покупатель.
– Да, Роро, мы покажем тебе, что обещали, – кивнул Люха. – Ты планируешь пойти один?
В его голосе слышалось любопытство. По мнению поставщика, то, что Шэбонатти приперся к ним в одиночку, все-таки граничило с идиотизмом.
– А что, вы убить меня планируете? – хмыкнул Полынь. – Вам от этого смысла немного, я же не абы кто, а представитель кормушки! Все мои парни знают, где я, и вот эти милые люди нас вместе видели, да? – повысив голос, он обвел рукой трактир. – Люди, засвидетельствуете, если я исчезну, что я с этими парнями пил?
Ифин и Люха подавились от такой беспечной наглости, а другие посетители встретили слова неприятного бандита гробовым молчанием. Даже шмель у зеркального шкафчика поутих. Хотя, возможно, ему уже тоже тошно было от нестерпимой жары и духоты, которая липкими пальцами исследовала зал.
– Что вы приуныли? Говорите, где встретимся, и катитесь отсюда, у меня еще дела сегодня есть, – Внемлющий зевнул.
Люха, сдерживая гнев на этого неотесанного болвана, достал карту и обозначил на ней место встречи.
– Будь там в восемь вечера. Оттуда мы тебя довезем.
– Заметано.
Вухховцы поднялись и пошли к выходу из трактира. Тогда как Люха просто чувствовал раздражение из-за поведения Роро, Ифин, не проронивший на встрече ни слова, внутри был по-настоящему взбешен. Главный зельевар и разработчик «водоросли», он в душе давно уже считал себя гением и грезил тем, как станет главой преступного мира Лесного королевства. По факту, до этого ему было, мягко говоря, далеко: юный, бледный, замкнутый и вечно раздраженный, Ифин не умел вступать в конфликты с теми, кто казался ему сильнее его, – а без этого по карьерной лестнице не поднимешься. Проглатывая обиды на одних, он имел обыкновение срываться на других, более слабых. Сейчас Ифин был в ярости: его бесило, что он не участвовал в беседе, бесило, что так и просидел всю встречу в неудобной позе с прямой спиной, бесило, что он вообще с какой-то стати сел на диван, что Люха безропотно покажет этому уроду Роро его, Ифина, владения, что Люха соглашается на сотрудничество с таким типом вместо того, чтобы, наоборот, прибрать дистрибуцию наркотика в свои руки.
В общем, Ифин был как гномья граната, готовая взорваться от малейшего сотрясения.
И поэтому, когда он, погруженный в свои мысли, у барной стойки неожиданно столкнулся с парнем в капюшоне, в этот момент поднявшимся со стула, он не нашел ничего лучше, как схватить того за грудки одной рукой и, занеся кулак другой, рявкнуть:
– Ты вообще смотришь, куда прешь, гусенок?!
Тот, не размениваясь на слова, в ответ просто вцепился Ифину ногтями в горло – да с такой силой, что у зельевара мгновенно потемнело в глазах. Казалось, чужак хочет вырвать ему кадык.
– Эй-эй! – к ним всполошенно подскочил развернувшийся от порога Люха. – Тебе нужны неприятности?!
Человек безропотно выпустил Ифина, который, кое-как опершись на барную стойку, теперь пытался отдышаться.
– Никаких неприятностей: ваш друг просто споткнулся. А я поддержал его, как мог, – тихо сказал посетитель.
Капюшон упал, обнажив отросшие светло-рыжие волосы и тонкие черты лица, столь миловидного, что одинаково хорошо смотрелось бы на мужчине и женщине. Однако выражение этого лица не предвещало ничего хорошего.
Ифин продолжал хрипеть и в панике ощупывать собственное горло.
