— Давай, правда, потом, а сейчас прости, мне нужно побыть одной. Я не хочу ругаться, но не уверена, что ты сможешь поставить точку в разговоре, а я смогу сдержаться, если этого не произойдет.
Я выскользнула из-под руки Лестата, обнимающего меня за плечи и скрылась в наших с Тейной покоях.
Хорошо, что в комнате не оказалось пифии. Я смогла прорыдаться по-человечески, со сморканием в платок, красным носом, до головной боли. То чего не позволила себе в момент расставания. Сейчас все душевные страдания вырвались наружу. Я думала, уже все отболело. Эмис забыт, но сейчас…сейчас, я пребывала в шоке. Один богатый балованный мажор заплатил моему парню за то, чтобы тот меня бросил, а теперь я встречаюсь с другим балованным мажором. А мой бывший искренне не понимает, что такого плохого совершил и зовет замуж. Я, вообще, могла оказаться еще в более идиотской ситуации? Или хуже не придумаешь? Считала, что Эмис больше не может причинить мне боль. А потом… я хоть и не хотела, но злилась на Лестата, ведь Вейн его друг. Хотя умом понимала — принц ни в чем не виноват и тоже, скорее всего, страдает. Лестат защищал Вейна, как себя. Кажется, он продолжает верить ему и сейчас, несмотря на все прямые доказательства его вины. Вот это мне было непонятно. Впрочем, принц собирался вечером объяснить, но я не уверена, что хочу об этом слушать. Пока еще слишком болезненная для меня тема.
Когда хлопнула дверь, я уже успокоилась, и даже относительно нормально выглядела. Вышла навстречу Тейне и замерла, так как пифия, напоминающая восковую статую, стояла в центре гостиной и не шевелилась.
— Эй! — осторожно позвала я ее, а она посмотрела на меня своим фирменным пустым взглядом и, прежде чем я успела сбежать сказала:
— Такая хрупкая маленькая снежинка, смотри не растай. Скоро будет очень жарко.
От ее слов кровь отхлынула от щек, и я отшатнулась, а пифия пришла в себя и взглянула святящимися от радости глазами.
— Вьюга! Нас откопали! Представляешь! Завтра уже приедут первые студенты! Мои девчонки, твои подруги…эй! Она внимательно уставилась на меня. Что-то случилось? Ты расстроена?
— Нет-нет, просто подумала, что не хочу уходить отсюда в свою старую комнату, — ляпнула я первое, что пришло в голову, лишь бы не выдать свое истинное волнение. Не знаю, почему я не хотела с ней делиться своими переживаниями. Возможно, боялась нового предсказания, а может быть, опасалась укоризненного взгляда. Ведь поведение Вейна, так или иначе, бросало тень и на Лестата. Я вообще не понимала, что происходит и хотела разобраться. Если Вейн предал Лестата, то почему принц ведёт себя так, словно это не имеет значения? Он не похож на того, кто прощает такое к себе отношение. Дружба дружбой, но где-то же должна быть грань терпения. Возможно, ситуацию прояснит Вейн, когда придет в себя.
— Ну и не уходи. — Тейна ответила на вопрос, который я уже успела забыть и беспечно пожала плечами. — Я к тебе привыкла.
— Спасибо!
На глазах выступили слезы. Я была действительно благодарна Тейне за то, что она меня так просто приняла и пустила в свою жизнь. Поэтому подалась вперед и в непонятном порыве обняла. Она, кажется, опешила, но на объятия ответила.
— Но мои девчонки. Они завтра приедут, и вдруг обидятся за то, что я их бросила?
— Не смеши! — Пифия, которая сейчас напоминала ершистого кота, мягко выбралась из объятий. — Я видела комнаты на третьем этаже. Если ты от них свалишь, они будут любить тебя еще сильнее. У вас же невозможно жить втроем! Да и вдвоем тесно. Ты даже не переживай.
В словах Тейны была доля истины, и я успокоилась. Оказывается, эта проблема меня тоже волновала. А сейчас даже предсказание забылось. И я поняла, что хочу увидеть Лестата. Я его прогнала, потому что была в расстроенных чувствах. Наверное, и прийти я к нему должна сама. Так будет справедливо.
Меня удивило то что, оказывается, Лестат меня ждал. Когда я без стука зашла в его апартаменты и заглянула в гостиную, глаза принца вспыхнули радостью, а на губах появилась улыбка. Это было очень приятно.
Он сидел у окна в кресле и играл с Писцом смятым бумажным листом, который безбожно намокал и превращался в кашу. Парня это злило, и он раз за разом скатывал новый. Я видела плоды их усилий, которые валялись по всему полу.
— Развлекаетесь? — усмехнулась я, все так же оставаясь на пороге и подпирая плечом косяк. Проследив за мучениями принца и снежного духа, направила немного магии, чтобы уже изрядно пожеванная Писцом бумажка превратилась в ледышку. Зверь радостно взвизгнул и принялся бегать за игрушкой с удвоенным энтузиазмом, а Лестат посмотрел на меня.
— Думал, ты не придешь, — заметил он тихо, а я опустила глаза. Слишком уж откровенно прозвучали эти простые слова. В голосе парня сквозили одновременно облегчение и боль. Он действительно думал обо мне и переживал, что не увидит.
— С чего ты взял? Мне просто нужно было немного успокоиться. Не люблю общаться ни с кем, когда взвинчена — это обычно кончается скандалом и нередко снегом. А в этом году нам его и так предостаточно.
