— Я должна внести это в компьютер, — оправдывается приемщица-учетчица. — Хотя бы приблизительно. К какой категории доходности вы относитесь?
«Уж лучше прибедниться», — резонно думаю я и говорю:
— Четыреста долларов.
— Вот и прекрасно! — У приемщицы как гора с плеч, вместе со мной она радуется моей маленькой зарплате. Очевидно, и сама она сидит в той же категории доходности. — Так и пишите, но лучше в сукрах.
В сукрах числа выходят покрасивее. Так и пишем: полтора миллиона.
— Все?
— Нет, у вас подписи один образец, а нам нужно три.
Беда мне с подписями. Это мой тайный порок — все мои подписи не похожи одна на другую. Как я ни бился когда-то, еще в допаспортную мою юность, но так и не исправил руку. А тут требуют подписать целых три раза. Ну, первые два я еще куда ни шло нацарапал, загогулины вроде бы отдаленно напоминали друг друга, особенно завитушками. Но третья подкачала, рука дернулась и выдала нервные изгибы, график энцефалограммы.
— Нет, это плохо, — качает головой сеньорита. — Попробуйте еще раз.
И заново, все три подписи. Не знаю уж, каким чудом, каким сверхъестественным напряжением ума и духа мне удалось приемлемо расписаться. И вот я выбегаю из «Прогресо» с пахнущей столярным лаком золотистой книжечкой, на книжечке всего сто тысяч сукров, но больше пока и не требуется. Гляжу на часы и глазам своим не верю — прошло каких-то тридцать пять минут с того мгновения, как я выскочил из «Экванета», пообещав вернуться. А еще через пять минут — я снова у них на шестом этаже.
Мягко шлепаю банковскую книжку на стол, они разворачивают ее, вытягивают лица, смотрят на меня вытаращенными глазами. Да, удивил я их. В Кито, как известно, сплошное транкилидад, и на операцию по открытию счета у любого из них ушло бы дней пять. Иначе нельзя — нужно подумать, посоветоваться с родственниками, то да се. Ну, пусть не пять дней, пусть три или даже два. Но сорок минут… Нет, это уже за гранью воображения.
И, как бы заразившись от меня болезнью высоких скоростей, экванетцы оформляют мое подключение к Интернету за считанные минуты. Они тоже хотят удивить меня, еще чуть-чуть, и им бы это удалось, но… Осечка! Техника-то нету, сегодня у него выходной, умаялся бедняга. Придет, если изволит, только завтра, да и то к обеду. А уж успеет ли он подключить меня за оставшееся от обеда время или нет — это пока только Всевышнему известно.
— Позвоните нам завтра после четырех, хорошо? — говорят экванетцы, а сами стыдливо отводят глаза в сторону.
— Ладно уж, позвоню, — отвечаю я и торжествующе выхожу из офиса.
Жаль, очень жаль. Так хотелось поплавать на интернетовских волнах, забросать друзей имейлами, в Россию влезть, наши газеты почитать и вообще поглядеть, что происходит в этом мире. Ну, ничего, терпел три месяца, еще два дня потерплю как-нибудь. Хотя обидно, конечно. Что ж они такие медленные? Подключение же не требует никакой отвертки — внеси нового клиента, его пароль и код доступа, и готово. Вот вам и хваленое транкилидад. Спокойствие и стабильность — вещи замечательные, но даже у таких хороших вещей есть темные стороны. Впрочем, спокойствие, безусловно, дороже.
Итак, я сижу теперь в моем довольно просторном локале с десяти утра до шести вечера, перерыв — полчаса. На деле я, конечно, задерживаюсь до восьми. Как я работаю? Очень просто. Всем зашедшим ко мне я раздаю длинные (четыре страницы мелким шрифтом) списки имеющихся у меня игр и программ. Все стены увешаны рекламами игр, а на огромном столе, метров семь квадратных, аккуратно разложены яркие разноцветные прямоугольнички, каждый размером с дискету HD. На прямоугольничках изображены заставочные кадры игр.
Все строго рассортировано по категориям: здесь приключения, здесь стрелялки, тут леталки, там обучалки, а вот это стратегии. Эти — типа Нинтендо, а те — трехмерные. И так далее. Люди подходят, глазеют, постепенно втягиваются в атмосферу. Если я не очень устал, то подхожу и начинаю рассказывать. Мой испанский за несколько недель развился невероятно. Конечно, пока я знаю мало, но на часовую лекцию о компьютерных играх слов хватает.
Любую игру или программу я тут же, по желанию клиента, демонстрирую со всех сторон на моем компьютере (который, кстати, считается здесь крутым; у большинства клиентов машины послабее). Многие, особенно те, кому за тридцать, наблюдая за демонстрацией игры, осторожно спрашивают:
— Син компромисо?
Это значит, они опасаются, что за просмотр придется платить. Но вскоре эти вопросы уходят в прошлое. Слух обо мне быстро разносится по компьютерному мирку Кито. Все знают теперь, что у меня не только демонстрация бесплатно, но и любого рода консультации, помощь и словом и делом. Ко мне тащат компьютеры, которые не «запускаются», ко мне приходят с жалобами и на «мои», и на «чужие» программы и игрушки:
— Но вале (не идет)!
— Но фунсьона (не действует)!
— Но ланса (не запускается)!
