Виват, Романовы! Часть IV полностью

Голоссверху. Так и есть. Собирались. А она давай рыдать: «Не забирайте его, мол… Пощадите… Не виноват он. С меня спросите…» Легла и дорогу преградила. Так и лежала. Не пускала. Двадцать пять лет.

Екатерина. Да. Не твоё это – быть государем. Но вины здесь нет твоей. Одна моя вина была. Её и несу. За неё отвечаю.

Павел. Нет, виноват… я был плохим государем.

Екатерина. И что с того? Зато другие роли тебе удались. Те, что мне недоступны остались. Ты был хорошим мужем, другом. Отцом. Старался быть хорошим сыном… у плохой матери. Ну, не всю жизнь. Но достаточно долгое время.

Павел. А я всю жизнь страдал, что не был государем! А это и не моё… Как обидно. Кем же мне предназначалось быть?

Голоссбоку. Актёром!

Павел поворачивает голову. Рядом стоит Анна Шереметьева. Улыбается.

АннаШереметьева. Ах, Павел Петрович, вы были лучшим в нашем придворном театре! Ах, как вы были ярки, убедительны в каждой роли! Мы с Семёном Порошиным ещё тогда ваш талант лицедейский отметили… Но сказать об этом боялись. Ибо вас для иной роли готовили!

Екатерина(вздыхая). Да, на сцене ты смотрелся всегда лучше, чем в жизни. Даже я на тебя любовалась.

Павел (вздыхая). Как жаль, Анна Петровна, что вы умерли от оспы в столь юные лета!

Анна Шереметьева посылает ему воздушный поцелуй и исчезает.

Екатерина. А я… я всегда удивлялась, как не похож на меня ты. В кого, думаю, он такой уродился? (Тихо.) Такой чудной… но такой порядочный, честный, справедливый…

Тихо плачет.

Павел(сквозь слёзы). Матушка, отчего никогда вы этого мне не говорили?

Екатерина. Не знала я… как сказать. Боялась тебя. Взгляда твоего осуждающего. Строгого. А снился часто сон мне, и во сне я просыпалась среди ночи от твоего плача и бежала в комнату… и всё никак не могла её найти, а как находила…

Перекрутка.

Сон Екатерины.

Молодая Екатерина в ночной рубашке стоит посреди комнаты. Вокруг – люди в масках. На кровати лежит, сложив ручки на груди, маленький Павел. Рядом лежит игрушечная собачка.

Человек в маске(строго). Всё… Отмучился.

Екатерина в слезах бросается на постель. Обнимает Павла.

Екатерина(рыдая). Прости! Прости! Верните! Отдайте Павлушу!

Перекрутка.

Летний сад. Утро. Маленький Павел и молодая Екатерина. Маленький Павел держит в руках собачку. Бежит к Екатерине. Екатерина обнимает его. Плачет.

Голос сверху. Ну и слава богу…

Исчезают в лучах света.

Перекрутка.

Летний сад. Утро. Просыпаются охранники.

Охранник. Ох, ну и сон же мне снился! Приснилось, что тут прошёл покойный император Павел… и дальше…

========== СЕЗОН 4 Сцены 31–32–33 ==========

Сцена 31

Утро. Зимний дворец. Покои Александра.

Александр заходит в свои покои. Идёт в спальню. Заходит. На кровати лежит конверт без надписи. Александр берёт конверт, разворачивает, достаёт письмо.

Текст письма:

«Саша!

Не знаю, как начать это письмо, ибо таких писем ещё мне писать не доводилось. А писал я много.

Наша встреча с тобой этой ночью была последней. Дело в том, что мой час настал. Я ничего не сказал тебе, потому что не хотел этих прощаний, слёз и прочих мук. Я не сказал тебе не потому, что сомневался, что ты это выдержишь. Я сомневался, что это выдержу я.

Спасибо, что все эти годы носил мне пироги и сухарики.

Не помню, говорил ли я тебе о том, что люблю тебя, но если не говорил, то знай, что это так и есть. Никакого зла и обид я не держу ни на тебя, ни на кого другого. С этим миром в сердце этот мир я покидаю.

P.S. Не говорю тебе: "Прощай", говорю: "До свиданья". Павел».

Александр растерянно несколько раз перечитывает письмо, бросает его. Бежит к выходу.

Перекрутка.

Михайловский замок. Тайная комната Михайловского замка.

Александр стоит посреди комнаты.

В комнате пусто. Двери закрыты. Столы убраны. Ковёр свёрнут.

Александр (громко). Отец!

Тишина. Падает на колени, закрывает лицо руками. Беззвучно кричит.

Сцена 32

Зимний дворец. День спустя.

Покои Александра в Зимнем дворце. Возле покоев Александра собрался народ: прислуга, посыльные, придворные. По коридору идёт Елизавета Алексеевна. Рядом идёт камердинер Александра.