Виват, Романовы! Часть IV полностью

Павел. Да? Ну, спите… мне не жалко. Спокойной ночи.

Переворачивается на другой бок.

Перекрутка.

Ушакова выходит из спальни Павла. За дверью стоит Екатерина.

Екатерина. Ну что?!

Ушакова(вздыхая). Не волнуйтесь, он совершенно полноценен, как мужчина. Но ему, по-моему, другого надобно.

Екатерина(в ужасе). Как? И ему?!

Ушакова. Лучше б вы к нему зашли. Поговорили. Он всё о вас только и говорит… как бы мне, говорит, доказать матушке мою готовность служить Отечеству?

Екатерина. Хорошо. Я зайду к нему.

Перекрутка.

Спальня Павла. Екатерина стоит возле кровати. Павел удивлённо смотрит на неё.

Екатерина. Хочешь послужить Отечеству? Тогда докажи, что ты мужчина.

Павел (радостно). Вы меня отправляете на войну?

Екатерина. Нет. Сделай ребёнка Софье Семёновне. Немедленно!

Уходит. Павел и Ушакова смотрят друг на друга.

Павел. Софья Семёновна, я не совсем понял. Матушка желает, чтобы я на вас женился и завёл семью, как взрослый?

Ушакова(с жалостью). Нет, она хочет, чтобы вы перестали спать с собаками.

Перекрутка.

1776 год. Покои Екатерины.

Екатерина и Григорий Потёмкин лежат в кровати. Екатерина читает через лорнет указ.

Екатерина. Та-а-ак… вот это мы однозначно запретим. А вот это разрешим… а вот с этим пока отложим…

Потягивается. Откладывает отказ. Тянется за куском пирога.

Потёмкин. Катя, мне, признаться, неловко, что Павел опять заходил. Есть у меня ощущение, что ему что-то надобно. Ты бы с ним поговорила, что ли… вот и про Наталью Алексеевну хоть. Ну порочная же женщина! Ну раскрой ты ему на неё глаза! Все влюблённые слепы!

Екатерина. Чтобы он ещё больше меня возненавидел? Эх, Григорий Александрович… Думаешь, совсем у меня сердца нет? Думаешь, не обливается оно кровью, на него глядя? Да что я могу сделать? Он мне не доверяет. Зла от меня ждёт. Как подступиться к нему, я не знаю. У него ведь порою такое лицо… и так осуждения много во взгляде!

Потёмкин. Да, порой смотрит он весьма осуждающе. И всё же не злой он человек.

Екатерина. Не злой. Вот только зла от него много будет, ежели он до власти дойдёт.

Потёмкин. Так не допусти его до власти!

Екатерина. А куда мне девать-то его? Сын родной… а на меня совсем не похож! Порой думаю я… Может, и не мой он, а? Его же унесли сразу… Может, подменили на кого другого? Может, и я не мать его… Я когда его в первый раз в жизни на руки взяла, он в меня плюнул!

Потёмкин(удивлённо). Младенец? Как так? Он срыгнул небось… как все маленькие…

Екатерина(недоверчиво). Не зна-а-аю уж… но я ему сразу не понравилась.

Перекрутка.

За дверью стоит Павел. На его лице ужас.

Павел. Никто не хочет быть моими родителями! Почему?! Почему я не могу знать, кто я?! Откуда я взялся?!

Убегает.

Перекрутка.

1784 год, Царское село. Екатерининский дворец.

День рождения Екатерины. За большим столом сидит Екатерина. Держит на коленях Александра. Слева сидит Павел. Между Павлом и Екатериной стоит Константин. Рядом с Павлом – беременная Марьфёдорна. Рядом с ней сидит Нелидова. Справа от Екатерины сидит какой-то мужик. Остальное пространство занимают дамы и господа.

Марьфёдорна(шёпотом Павлу). А кто этот мужчина справа от императрицы?

Павел. А это новый какой-то… (Екатерине.) Государыня, люди спрашивают, кто это с вами сидит?

Екатерина. Ха-ха, так это же вы мне подарили! Вы с Марией Фёдоровной.

Павел. Я бы вам такого никогда дарить не стал. О чём это вы?

Екатерина. О вашем сыне. (Целует Александра.) Вот он, подарочек! Вы ж мне такие каждый год делаете…

Павел. Я про мужика рядом с вами.

Екатерина. Ах, это… а это мне рекомендовали.

Все пьют, едят, кроме Павла.

Екатерина. Павел Петрович, почему не едите? Здесь всё съедобное.

Павел. Благодарю, я сыт. Я уже дома поел. Заранее. На случай, если здесь мне ничего не достанется.

Екатерина тяжело вздыхает.

Александр (радостно). Бабушка! А можно мне ещё пирожок?

Екатерина(с умилением). Конечно, можно!

Даёт ему пирожок. Константин тоже тянется за пирожком.

Екатерина. Константин, прежде чем взять пирожок, надо сперва спросить разрешения. Как твой брат.

Павел. А ещё лучше – заранее просить тебе отложить. Ещё на кухне. (Екатерине.) Матушка, как насчёт моей просьбы послужить Отечеству?

Екатерина. Ох, опять ты… у тебя семья! Какое Отечество?

Павел. Но я хочу принести больше пользы!

Екатерина. Ты уже приносишь пользу… (Теребит Александра за щёчки.) Вот она, польза! Какая хорошая польза… (Смотрит на Марьфёдорну.) И ещё одна польза на подходе.

Павел (недовольно). Государыня! Вы же понимаете, что я о другом! Дайте мне работу!

Екатерина. Успокойся, Павел Петрович… отдохни. Ещё наработаешься.

Павел недовольно отворачивается.