Виват, Романовы! полностью

Павел (насупившись). Все вы… Все! Пользуетесь моей добротой… (вздыхает) Эх, будь кто другой на моём месте, давно бы все вы тут без голов ходили… Так, зови сюда этого пройдоху, щас я с него три шкуры спускать буду…

Куракин (раскрывая объятья навстречу Александру). Саша! Как ты вырос!

Александр. Мы же с вами два дня назад виделись…

Куракин. Да? Ах да, действительно. Запамятовал… батюшка ваш дома?

Александр. А где ему ещё быть? Вас дожидается. Только, Александр Борисович… (оглядывается на закрытые двери кабинета). Он на вас гневается очень. Вы, говорит, опять все деньги потратили и ничего не сделали… Вы уж аккуратнее… не в духе он сегодня.

Куракин. Не волнуйся, я знаю как обращаться с Его Величеством. (подмигивает и приобнимает его за плечи). А я тебе рассказывал, что тебя назвали в мою честь?

Александр (удивлённо). Мне говорили, что меня назвали в честь Александра Невского… или Македонского… уже не вспомню…

Куракин (уверенно). Врут! Все врут. В мою честь назвали… я ж с отцом твоим был… Эх… с первого дня… я и на знакомстве его с твоей матушкой присутствовал… И на венчаньи их присутствовал, (шёпотом) и даже на твоём зачатии…

Александр. Э-э-э-э-э…

Куракин. …хотел. Но не сложилось. Увы, увы… Зато на крестинах твоих побывал, и на балу королевы Марии-Антуанетты в 1782 году. Кхм… втроём мы там были… кхм-кхм… ну это тебе отец расскажет потом как-нибудь, когда вырастешь. А потом как жили-то! Как жили… (обнимает его за плечи, уводит в сторону). Всякое бывало, ох, всякое… однажды я даже имение своё заложил, чтобы твоему отцу помочь… уж как любил его! Как любил!

Александр. Э-э-э-э…

Куракин. Ты приезжай к нам в Надеждино! Мы с тобой полежим… я стоять не люблю просто… да и штаны просиживать впустую… Лучше уж сразу… прилечь, чтоб тело приняло естественное физиологическое положение…

Александр (перебивая). Вы давайте, идите к отцу. А то он ещё больше разозлится, что вы его ждать заставляете…

Александр (удивлённо). Это вы чего такое делаете?

Куракин. Учись, Саша… как к государю императору на приём являться надобно… Ребята, музыку!

Константин. Никогда не понимал, что́ раздолбая Куракина, – пьяницы, бабника, лентяя и пижона – может связывать с нашим отцом. У них же ничего общего вообще нет! Но спорим, что он и на этот раз ничего ему не сделает?

Александр (глядя на брата). Спорим, что меня назвали не в его честь?

Павел (вскакивая со страшным лицом). Ага! А вот и ты! Что, уже распластался?! Давай, ползи! Что, думаешь подарками меня задобрить? На казённые деньги-то купленными?

Куракин (подползая к трону, хватая императора за полы камзола). Павлушка! Виноват! Виноват во всём!!!!!!

Павел (отпихивая его). Я сколько раз тебе говорил: не называй меня так! Какой я тебе Павлушка?! Совсем с ума сошёл?

Куракин. Хорошо, душа моя!!! Не буду! Дай поцелую тебя, как соскучился!!!

Павел. Да что ты врёшь, ты два дня назад у меня обедал!

Куракин. Два дня? Два дня! Как это много… за эти дни, я вижу, тебе поклёп на меня возвели?! А я… я!!!

Павел (уже спокойнее). А ты опять думал, тебе с рук всё сойдёт? Совести у тебя, Александр Борисович, нету…

Куракин (на коленях вздымая руки). Ты – моя совесть! Ты – совесть наша!! Что мы без тебя!!!