– Эта книга произвела на меня впечатление. Что-то есть в ней такое глубинное, что заставляет задуматься. Так что, рекомендую прочитать «Жизнь Анны Корейн». Уверен, вас захватит трагичный сюжет главной героини.
– Вы так уверены, что книга про несчастную любовь, где Анна решает, что жизнь ничего не стоит без любви, мне понравится? – спросила я, бросив короткий взгляд в сторону Адама, – я предпочитаю что-то с более положительным концом.
– Я понимаю вас, но данное произведение не может оставить равнодушным никого. Книга легко читается и что-то мне подсказывает, что сюжет вас захватит своей серьезностью и легким повествованием. – Редвил сделал глоток шампаня, отставляя в сторону свое овощное плато, оказавшееся и правду размером с предгорье и улыбнулся.
– Давайте завтра я передам вам здесь сие издание. Встретимся пополудни. Как прочитаете, отдадите, когда я прибуду в Аквалон.
Я машинально кивнула, сама не зная почему.
Возможно, где-то внутри себя, очень глубоко, мне хотелось еще раз увидеть Адама и пообщаться с ним на разные темы. Его сдержанность, понимание что он хочет на самом деле, вызывали во мне приток приятных суждений о нем, но которых было бесспорно мало, по сравнению с массой того, что мне в нем не нравилось.
– Я буду завтра забирать свой наряд для бала из дома мод и заскочу на пару минут за книгой, раз вы так целенаправленно хотите, чтобы я ознакомилась с ней.
– Договорились, – улыбнулся молодой мужчина.
После вкусной обедни, на которой я наелась на три дня вперед, мы медленно вышли и пройдя некоторое время по улице, сели в экипаж. Редвил решил проводить меня до гостиницы, как истинный джентльмен, а не выкинуть в городе, чтобы я ловила свободный транспорт.
Столица шумела за окнами кареты, но внутри было тихо и спокойно. Я мечтала расстегнуть корсет, чтобы стало легче дышать. Порция лепуров оказалось большой, а десерт, заказанный мною после, сытным и вкусным. Тарталетки с лемонграссом, стали для меня самыми любимыми. Жаль, такие не делали в Аквалоне.
Уже возвращаясь обратно, я вспомнила про Андромеду, в надеждах, что тетка вернулась и не натворила необратимых дел.
Когда экипаж остановился возле гостиницы, я взяла с сиденья свою сумочку.
– Благодарю, господин Редвил. Наш сегодняшний день был полон положительных моментов. Особенно понравилась сытная трапеза и тарталетки.
– Я рад что вы не остались равнодушны и я смог создать для вас благоприятную атмосферу в столице, – выдал Адам.
– Ваши слова прозвучали высокопарно, но правдиво, – выдавила я из себя держанную улыбку, снова возвращаясь к образу строгой дуэньи.
Оставаться наедине с этим человеком, было немного нервно. В голову сразу же лезли воспоминания, смущающие меня.
Со своих сидений мы встали одновременно. Я тут же вмазалась лбом в подбородок молодого мужчину. Он ойкнул, а я отпрянула в сторону, как ужаленная осой.
– Это место какое-то проклятое, – ляпнула я, потирая ушибленное место, пока Адам прищурился, видно проверяя, на месте ли нижняя челюсть и не отъехала ли она в сторону от удара.
– Ваш лоб, очень сильный, Вивьен. Видно, там хранится много мыслей и знаний об овощных культурах.
– Очень смешно, господин Редвил. Я сейчас умру со смеху.
Мужчина рассмеялся своей белозубой улыбкой, пока я усиленно краснела.
– Я уже сказала вам, что ваш экипаж какой-то странный. Постоянно происходят какие-то ситуации из ряда вон.
– Как вы думаете, может, все не просто так? – еле скрывая улыбку, выдал Редвил, открывая дверцу злополучного транспорта.
– Что вы хотите сказать? – спросила я, выпрыгивая наружу и игнорируя протянутую для помощи руку.
– Тайный смысл, – пожал плечами Адам. – Возможно, эти ситуации нужны для понимания.
– О, перестаньте, – взвилась я, чувствуя себя крайне неуверенно, – это просто случайности, потому что…ничего этого не может быть.
– Почему? – простодушно поинтересовался Адам, пока его голубые глаза прожигали на мне две дыры.
– Вы издеваетесь?
– Нет, просто стало нравится наблюдать как вы мило краснеете.
Я открыла рот, а потом закрыла, превращаясь в спелый томат сорта «Аквийец Великий».
– Вам очень к лицу, правда.
Молодой мужчина искрился воодушевлением и хорошим настроением.
– Рада, что я произвожу на вас такое особенное впечатление, господин Редвил. Сразу же поднимаю вам настроение свои внешним видом, – прищурившись, я выдавила из себя кислую улыбку, – всего доброго и до завтра!
Наверно, Адам опешил, потому что я сноровисто вбежала в холл гостиницы и бросилась к лестнице.
Ему, видите ли, нравилось, потешаться надо мной!
Чертов умник!
В апартаменты я влетела как бешеная кеди с цирка и громко хлопнула дверью, что задрожали картины на стенах в гостиной.
Откинув в сторону сумочку, я подошла к окну, осторожно взглянув вниз.
Экипажа Редвила не было, он уехал, наверно потешаясь по дороге и умирая со смеху от моего внешнего уродства.
К слову, не только Адам шустро покинул место прощания. Андромеды тоже, слышно не было. Покои были пусты, зато почтальонская шкатулка мигала бледно-голубым сиянием.
Там оказалось две записки.