– Считай как хочешь. Адам предупрежден. Покажи достопримечательности, перекусите в приличном месте. Не вздумай опозорить меня.
– Вы так говорите, дедуля, словно я только и делаю что конфужусь на каждом шагу. Как вам не стыдно!
Бровь Гордона взметнулась вверх.
– Ты еще вздумала меня стыдить, дитя?
– Ну что вы, – покачала я головой, желая уже остаться одной. Что-то дед задерживался, а мне хотелось тишины. – Я все поняла, вам не стоит переживать по вашему поводу. Выгуляю Адама в лучшем виде. Он будет так очарован Аквалоном, что захочет осесть в сельской глуши, предав столичные улицы.
Гордон подавил вдох.
– И пожалуйста, приведи себя в порядок.
– Что вам не нравится в моем внешнем виде?
Вопрос прозвучал простодушно. Будто я совершено не понимала намеков деда.
По сути, мне было плевать на его намеки. Жила себе спокойно и радовалась своей невзрачной шевелюре и внешности, всегда считая, что это не главное.
Конечно, Гордон был в чем-то прав.
Как бы я не сопротивлялась, какой-то частью ума я понимала, что на внешность падки все.
Наверно, Винсент, тоже нашел себе местную очаровашку, раз так рьяно дарил ей белый фрезии.
– Я все сказал, Вивьен.
Голос деда вывел меня из раздумий.
– И почитай этический кодекс, дабы освежить знания.
– Обязательно, – кивнула я, – это все указания в этот вечер?
– Доброй ночи, Вивьен. Надеюсь, на твою разумность.
Когда дед закрыл за собой дверь, я тут же передразнила его.
Нарядись, поухаживай, покажи ему лучшие места.
Да уж!
Лучшие места Адама Редвила я уже успела разглядеть.
Это было похлеще изданий Эдерики Нейл со страстными повествованиями.
Набрав себе купель, я еще некоторое время отмокала в полной тиши, а потом кое-как уснув в удобной и любимой постели, мучилась от кошмаров до самого утра.
В моих сновидениях, явно прослеживалась ненормальность. Вроде как, я давно читала «Горячие лебедеи» про главную героиню Лиззи, которая спасала своих пылких братьев от похождений к белогрудым гуриям, пока они не вляпались в заварушку и девушке не пришлось плести им рубахи из крапивных листов, чтобы поставить их на путь истинный.
В моих же снах, я видела и Адама с обнаженными частями тела и Винсента, зловеще смеющегося. Они подмигивали аквалонским красавицам и совращали их, пока я пыталась их остановить, но их насмешки надо мной, достигнув апогея, в итоге разбудили меня в несусветную рань.
Больше не уснув и чувствуя себя разбитой, я затащила в свою постель убийственно тяжелый кодекс госпожи, с сотнями рекомендаций и правил и пролистнула несколько страниц, остановив внимание на выверенные позы дам, наполненные женственностью улыбки и кокетливое жеманство.
Тут даже приводились фразочки, которыми было правильно отвечать на ухаживания молодых людей.
Кодекс оказался ужасающей нудятиной.
У меня словно было дежавю.
Я столько лет провела в доме благородного воспитания, что будто меня вернули туда с заядлым рвением.
Решив больше не мучить себя умной книгой, я позволила себе прочитать несколько страниц «Длинноволосого искусителя». Главный герой чем-то напоминал Редвила. По крайне мере, описания внешности будто были списаны с него.
В лице главной героини выступала неприметная особа с кучерявой копной волос и разными глазами.
Только один глаз у нее был карий, а другой зеленый.
Что-то мне это уже не нравилось.
Остановившись на моменте, где главные герои познакомились в одной из таверн, я отложила книгу, так как ровно в девять и не минутой позже, ко мне зашла Бенедикта.
– Госпожа, доброго вам утра. Господин Стейдж сказал, что вам нужно помочь собраться на прогулку. Я к вашим услугам, как обычно. Какое предпочитаете платье и прическу?
– Не сказал, Бенедикта, а явно приказал.
Свое недовольство я не стала скрывать от прислужницы, моментально замершей возле занавесей.
– Мне все равно на платья, пойду в мешке из-под тыкв. Мне вполне подойдет для этого чудесного дня.
– Прошу вас госпожа, не говорите так. Вам нужно подчеркнуть ваши черты и поверьте, все будет прекрасно. Я причешу вас.
Не став спорить и впадать в апатию, я подчинилась Бенедикте.
Пока я блокировала воспоминания этого срама, прислужница достала тройку платьев и некоторое время думала во что меня обрядить. Я-то понимала ее смятение. Наряды почти ничем не отличались друг от друга. Только тонами и выглядели как оплоты повседневности и скукоты. Зато были удобными и легкими. В летние месяцы, самое то!
– Думаю, вот это бледно-голубое подчеркнет вашу внешность.
Я промолчала.
Тон был точь-в-точь как оттенок моих серебристо-голубых волос, под определенным светом казавшимся просто серым.
Наряд отличался треугольным вытянутым воротником из кружева и рукавами-воланами.
Как бы, простенько, но со вкусом.