– Отпустите нас, мессир. Или же вам недостаточно смерти невинного кучера? – упрек в голосе англичанки больно уколол в сердце воина. Тряхнув головой, Амбруаз мысленно выругал себя за проявленную слабость:
– Послушайте, миледи, вы не сможете разбудить во мне чувства совести, поскольку моя совесть сейчас покоится на клинке меча.
– И ваш меч сейчас снесет нам головы? – игриво усмехнулась Вивиана, дернув головой так резко, что несколько вьющихся локонов выбились из-за капюшона. Господи, у нее волосы, как у самой богини! Темные, подобно морю ночью, мягкие, как нежный шелк, густые, как грива бравого коня. Внезапно в сердце воина проникла томное, медовое желание коснутся этой прекрасной девушки, почувствовать ее сердцебиение, дыхание, запустить пальцы в ее бархатные кудри, поцеловать горячи уста… Незаметно вытерев пот со лба, мужчина почти вплотную подошел к дерзкой красавице, проведя рукой, затянутой латной перчаткой, по ее хрупкому плечу:
– Я не убийца, леди.
Резко дернувшись и оттолкнув Амбруаза, молодая женщина кивнула в ту сторону, где несколько минут назад умер невинный кучер, тело которого воины забрали и пообещали похоронить по всем христианским традициям: – Тогда кто же вы? Неужели благородный рыцарь бросил бы копье в беззащитных девушек? Знаете, кто настоящий мужчина? Так я скажу вам: это тот, кого вы безжалостно убили! – игривость, и непокорность девушки постепенно разжигала в сердце аквитанца горячую страсть. Воин уже подумывал, чтобы отпустить пленников, но он прекрасно понимал, что эта дивная птичка сразу упорхнет от него, а этого мужчина никак не мог допустить, ибо привык, что все всегда делается так, как он пожелает. А что для безжалостного военного значит хрупкая, юная девочка? Услада ночей, любовница, безвольная рабыня. У Амбруаза были десятки женщин со всех уголков мира, среди них – умные гейши из далекого Китая, бесстыдные проститутки из Европы, пылкие наложницы загадочного Востока. Но все они были ромашками, а Вивиана – роза. И посадить эту розу в своем любовном саду – высший подарок для мужчины, желавшего радостей плоти. Рыцарь не знал, была ли эта хитроумная девушка в чей-то постели, и сохранила ли она свою невинность. Именно эти пошлые мысли придали смелость аквитанцу.
Мсье де Купель подал знак своим людям и в мгновение ока пленникам связали руки и глаза. Их посадили в кованую повозку, запряженную двумя кобылами. Девушки вырывались, извивались, стонали и дергались, но граф сидел молча, опустив глаза на гриву коня. Он прекрасно понимал, что им пришел верный конец. Джон слишком хорошо знал этих воинов, но дамам об этом не смел сказать. Предводитель отряда – Амбруаз де Куапель, славился своими кровожадными походами и безмерной жестокостью. В его замке, в отдельной башне, было некое подобие гарема, состоящее из проституток и танцовщиц борделя. Его светлость было страшно подумать, что будет с этими молодыми, красивыми и цветущими женщинами. В лучшем случаи, их просто убьют без мучений, а в худшем – изнасилуют и продадут в рабство. А за таких красавиц, особенно за Вивиану, дадут немало золота. Страшные мысли графа прервал резкий поворот повозки, когда она сдвинулась с места. Дороги были извилистые, с множеством острых камней и каждый неверный толчок причинял нестерпимую боль невольникам. Вивиана взвыла, когда при очередном повороте лошадей занесло в сторону, и задняя спинка телеги резанула запястья. Веревка больно впилась в руки, оставляя глубокие, кровавые шрамы. Девушка совершенно ничего не видела из-за темной повязки и все же она услышала мирное течение реки. Мгновенно лошади резко остановились, чуть не перевернув запряженную повозку.
