– Не по-людски это – на церкви экономить. А он на отпевание нормальное денег пожалел.
– Отпевание?
Такое русское слово Данг слышала впервые.
Новая знакомая принялась с удовольствием объяснять:
– Ну да, ты ж мусульманка. А православных перед смертью отпевают. У нас, в церкви. Видела, на входе? Официально за это платить не надо, но пожертвование от десяти тысяч. Лучше пятнадцать. Нормальные люди дают. А жлобы – в больничный морг священника зовут. Это дешевле, но для души усопшего нехорошо. Отпевать в церкви надо. Рядом с иконами.
Данг наморщила лоб:
– Женья, по-моему, не верила в Бога. Почему вы считаете, что ее вообще от-пе-ва-ли?
– Тогда бы только табличку поставили. А тут крест православный. И гроб заколочен был. Значит, отпевание было. Священник по окончании службы тело покрывает, все бросают туда по горсти земли, и гроб закрывают. Она в больнице умерла?
– Да.
– Понятно. При больницах много мошенников кормится. Сектанты всякие или совсем аферисты. Эти и за тысячу готовы побормотать. И многие не задумываются, что денег-то сэкономили – а родные их теперь в рай не попадут.
Продавщица, качая головой, наконец удалилась.
А Данг отложила цветы и присела возле могилы.
Нехорошее ощущение, преследовавшее все эти дни, охватило ее целиком, всевластно.
Огляделась опасливо (вдруг примут за ведьму?). Но наблюдали за ней только жирные вороны. Она приложила обе ладони к холмику, утопила руки в земле, сосредоточилась.
И предчувствие, что сопровождало последние два дня, подтвердилось.
Труп – мертвое, холодное, начавшее разлагаться тело – в могиле, безусловно, имелся.
Но то была
В этом Данг теперь абсолютно не сомневалась.
Таня (хотя слушала рассказ массажистки явно не в первый раз) увлеклась. Морщила лоб, хмурилась, поглядывала на отчима.
Валерий Петрович – при всем своем недоверии к экстрасенсорным линиям в расследовании – тоже историей проникся.
Всякое бывает на этой планете. Может, действительно умеет девушка чувствовать, видеть то, что для других скрыто.
Но оставался главный вопрос. Его, не чинясь, и задал:
– Хорошо. Допустим. Вместо Жени похоронили кого-то другого. Но зачем? Кому это нужно? Кому выгодно?
Филиппинка потупилась. Бросила быстрый и виноватый взгляд на Таню. Прошептала:
– Прости, что раньше не говорила тебе.
– О чем? – подобралась падчерица.
Но Данг уже перевела взгляд на Ходасевича. Сказала твердо:
– Я считала, что не имею права обсуждать своих клиентов. Даже с подругой. Но сейчас другого выхода нет. Женя не та, за кого себя выдавала.
– И кто же она? – спокойно спросил Ходасевич.
– Не знаю. Но это не inahin. И не простая бухгалтер. Курицы в Лагерь смерти не ездят.
– Куда? – подскочила Татьяна.
– Это секретная организация. У меня дома, на Филиппинах.
Данг тогда была совсем молода, ни мужа, ни детей. Искусству своему массажному только обучалась, и учитель говорил, что надо очень много практиковаться. Посоветовал отправиться отточить мастерство на курорте Эль-Нидо, что на острове Палаван. Ходишь по пляжу, кричишь: «Массаж, массаж!» Кое-какие деньги, хорошая закалка и бесценный опыт.
Опыт оказался тяжелым. Не платили, ругались, приставали. Ночевать приходилось в жалкой хижине. Но встречались и хорошие люди. Один из них – молодой американец по имени Грег – после очередного массажа на пляжном лежаке предложил юной Данг постоянную работу.
Девушка опешила:
– Но у меня даже сертификата пока нет.
Собеседник ухмыльнулся:
– Я знаю. Специалисту с сертификатом платить надо больше. А я тебя на десять долларов в день беру.
– И что надо делать?
Глаза у нее, наверно, были испуганные, и американец заржал:
– Думаешь, еще и секс с тебя потребуем? За десятку-то? Не бойся. Будешь делать только то, что умеешь. Массаж. А секс – если сама захочешь.
И рассказал: в двадцати километрах от курорта есть training camp[5]. Условия походные: палатки, москиты, пища на костре.
– Это… армия? Военные? – неуверенно спросила Данг.
– Нет. Это не армия. Там и парни, и девушки. И все они – придурки. Ты «Фактор смерти» смотрела?
Страшную программу – где героям приходилось лазить по отвесным скалам, прыгать на полном ходу с поезда и есть пауков – Данг иногда поглядывала. Забавно наблюдать, как другие рискуют жизнью, когда сама сидишь в шезлонге с чашкой травяного чая. Неужели новый выпуск у них на Филиппинах снимают?!
Но Грег объяснил: то не съемки. Только лопухи на кастинг в передачу на дурачка приходят. А те, кто реально хочет победить, загодя проходят адскую физподготовку, занимаются альпинизмом, тренируют вестибулярный аппарат, выносливость, силу. Для того и существует training camp – организованный предприимчивыми бывшими спецназовцами и официально нигде не зарегистрированный.
– Гоняем их не по-детски. Ну, и сама понимаешь, от сильных нагрузок случаются проблемы. Кто ногу растянет, кто спину дернет. А в город на массаж не доехать – весь день по минутам расписан. Вот мы и решили найти кого подешевле, но не с кривыми руками.
