Расспрашивать и уточнять не было времени. Все трое, не сговариваясь, ринулись в темную аллею. Еще издали увидели две тени, склонившиеся над каким-то бугорком. Если бы их не предупредили девчата, вряд ли бы они догадались, что этот бугорок — лежащий человек.
При их приближении тени выпрямились и показались Толику невероятно большими.
«Здоровые, видно, парни», — успел подумать он, но не замедлил, а наоборот, ускорил бег. Раздался резкий свист, и тени бросились в разные стороны. Толик побежал за одной из них, краем глаза заметив, что Виктор бросился за другой, а Борис бежит за ним.
Он уже настигал убегавшего, слышал его хриплое дыхание.
«Не спортсмен, уже задохнулся, — мелькнуло у него в голове. — Значит, не уйдет!».
Расстояние между ними все сокращалось, оставалось самое большее шаг, как вдруг он споткнулся о какой-то корень и упал. Грабитель отпрыгнул в сторону и повернулся на шум. Бежавший за Толиком Борис споткнулся о тот же корень, но не упал, а только коснулся руками земли и на четвереньках, сделав два шага, поравнялся с грабителем, словно подставляя ему свою беззащитную спину.
— А-а, гад! — хрипло выдохнул тот и взмахнул рукой. Блеснуло что-то в неясном свете далекого фонаря.
Но тут Толик, не поднимаясь земли, как не раз приходилось ему в игре с мячом, сделал бросок, схватил ногу грабителя и резко дернул ее на себя. Тот нелепо взмахнул руками и грохнулся на землю. В стороне звякнуло что-то металлическое. Толик навалился на упавшего, ухватил его руку и начал выворачивать за спину.
— Больно, гад! — заорал тот, переворачиваясь вниз лицом. — Отпусти!
— Ничего, потерпишь! — ответил Толик, не отпуская его руки.
К ним подошел оправившийся Борис, включил фонарик и осветил лежащего.
— Отпусти его, Коваленков, — сказал он.
Толик все еще удерживал руку, завернутую за спину.
— Уйдет.
— Никуда он теперь не уйдет.
Толик отпустил, поднялся.
— Вставай! — сказал Борис задержанному.
Тот сел и, растирая левой рукой правую, противно заныл:
— Сладили вдвоем на одного, да?
Что-то знакомое почудилось Толику в его голосе и фигуре. И, приглядевшись, он узнал. Это был тот самый плюгавый, с которым они столкнулись в первое дежурство.
«Тоже мне, богатырь, — усмехнулся Толик. — Видно, правду говорят, что у страха глаза велики».
Подошел Виктор.
— Задержали? — спросил он, хотя и сам прекрасно видел, что задержали. — А мой ушел, — виновато закончил он.
— Кто второй с тобой был? — спросил Борис у плюгавого.
Тот безразлично взглянул на него.
— А почем я знаю! Встретились у входа в парк, попутчиками оказались, вместе шли, а познакомиться не успели, вы тут налетели и помешали.
— Не Трифонов?
— Это какой-такой Трифонов?
— Не знаешь?
— Первый раз слышу.
— Тот, с которым вы тогда выпивали, когда мы вас на Маяковской застали.
— Не выпивали, а ужинали, — уточнил плюгавый.
— Ладно, предположим, что ужинали, — усмехнулся Борис.
— Ладит да не гудит! — перешел в наступление по блатной привычке плюгавый. — Ты сначала докажи, а потом говори. Ты доказал, да? Доказал?
— Ладно, не шебарши! — остановил его Толик, и плюгавый послушно сник. — Так Трифонов с тобой был?
— Разве его фамилия Трифонов? — все еще продолжал хорохориться плюгавый. — Спасибо, буду знать. Только на этот раз не он со мной был. Совсем даже не похож.
Он отряхнул землю с пиджака, воровато озираясь в поисках возможности побега. Увидев, что пока никаких надежд на успешный побег нет, он неуверенно сказал:
— Ну, я пошел.
— С нами в милицию, — добавил Борис.
— За что же в милицию? — взвился плюгавый. — Напали, гады, сами вдвоем на одного, избили, руки повыворачивали! Да еще в милицию! У меня вон синяки на руках!
— Вот там на нас и пожалуешься.
— Да, пожалуешься на вас, как же! Вам вера, вы с красными повязочками, мать вашу... — и он грязно выругался.
— Дать ему разочек, чтобы не матерился? — деловито осведомился Виктор.
Плюгавый испуганно зыркнул на него.
— Не стоит, — равнодушно ответил Борис. — Руки еще об него пачкать.
Толик подошел к Борису.
— Тут где-то ножик должен валяться. Надо бы поискать.
Борис согласно кивнул и, освещая землю фонариком, стал ходить кругами возле места, где Толик боролся с плюгавым. В пучок света попадали то корень, о который споткнулся Толик, то какие-то камни. Наконец сверкнуло металлическое. Борис нагнулся и поднял с земли самодельный финский нож с красивой наборной рукояткой.
— Твой? — показал он нож плюгавому.
— Первый раз вижу, — криво усмехнулся тот.
— Ну и дурак. На ноже твои отпечатки пальцев остались, доказать нетрудно.
— А ты умник! — огрызнулся плюгавый. — Там и твои отпечатки теперь есть. Может, это твой.
— Верно, есть, — спокойно согласился Борис. — Только видишь: я нож за лезвие держу, а твои отпечатки — на рукоятке.
Он вынул из кармана платок, аккуратно обернул рукоятку ножа и положил его в карман.
— Надо бы посмотреть, жив ли тот, которого они грабили, — обеспокоенно проговорил Виктор.
— А мы и не грабили никого, — снова взвился плюгавый.
