Почти на ощупь Антонина спустилась по деревянным ступенькам, пересекла темный двор, оказалась у речки. Отсюда берегом обогнула несколько участков, пару раз пришлось перелезть через чьи-то заборы, вышла наконец к своему огороду.
Осторожно добралась почти до самого дома, замерла.
Двор был обвешан разноцветными лампочками, музыка слышалась совсем рядом, стол был накрыт на двоих.
И эти двое танцевали. Под ту музыку, которую любил покойный Михаил, под которую когда-то Антонина танцевала с Артуром. Сейчас он нежно и аккуратно вел в танце Анастасию, так же бережно обнимал ее, целовал. Затем поднял ее с прежней осторожностью на руки, прижал, стал медленно, в такт музыке кружить.
Они смеялись, снова целовались, не оставляли друг друга. Они были счастливы.
Антонина какое-то время не сводила с них пустых от обиды и ненависти глаз, застонала, потом повернулась и быстро зашагала прочь.
Ждать Настю из женской консультации пришлось недолго. Артур оставил машину в сторонке, сам нетерпеливо топтался возле входа, перекладывал из руки в руку букет.
Наконец она вышла, Артур двинулся к ней, протянул цветы:
— Какие новости, мамзель?
— Все отлично, — улыбнулась Настя. — Врач довольна.
— Кто будет?
— Секрет.
— Я серьезно.
— Дома скажу.
— Тогда дома получишь то, что хотел подарить сейчас.
— Что? — Глаза Насти заискрились.
— Дома!
— Хоть намекни.
— Намекни ты первая.
— Мальчик.
— Да ладно?!
— Правда. Сказали, очень бодрый, подвижный. Вовсю уже стучится ножками. Потрогай.
Артур приложил ладонь к животу Насти, загадочно произнес:
— Парень знает, почему нужно стучаться, — открыл борсетку, вынул из нее изящно перевязанный золотыми ленточками пакет. — Это тебе за сына!
Она открыла подарок, вынула целую горсть переливающихся украшений, взвизгнула, повисла на шее мужа.
— Я тебя обожаю!
— Это не все.
— Что еще?
— Гасим по магазинам за шмотками. Как говорят, делаем шопинг!
— Какие шмотки? Я же толстая.
— Значит, похудеешь. Будет к чему стремиться.
Анастасия подхватила Гордеева под руку, чуть ли не бегом понеслась к автомобилю.
— Куда так торопимся? — смеялся он. — Успеем!
— За счастьем! — озорно оглянулась она. — Можем и не успеть.
…Нина полотенцем прогнала с прилавка зудящих осенних мух, поправила на окнах занавески, закрыла на засов входную дверь магазина, вошла в жилую часть дома, позвала:
— Тонь, ты где?
Никто не ответил.
— Тоо-онь! Куда подевалась? Давай обедать! Хоть опохмелюсь, башка пополам!
Заглянула в одну комнатенку, во вторую — пусто. Вышла через черную дверь во двор, снова негромко крикнула.
— Антонина. Отзовись!
Никто не отозвался, двор был пустой.
Антонина выбрала то самое место недалеко от кафе, из которого часто наблюдала за подчиненными, за мужем или за тем же Артуром. Зеленое, густое, в кучерявых, желтеющих к осени кустарниках, почти непролазное. Отсюда неплохо просматривалась вся площадка перед заведением, припаркованные машины, посетители кафе, бегающие Хамид с Дильбар, вышагивающий туда-обратно несокрушимый Виталик.
Увидела вдруг, как к кафе подкатил ее «Мерседес», из него выпрыгнул Артур и быстро помог спуститься на землю Насте. Достал из салона несколько разноцветных бумажных дорогих пакетов. Ушли с Настей в кафе, а потом она вернулась и снова уселась в машину. За руль взгромоздился Виталий, махнул оставшимся возле кафе и покатил в сторону дома.
Артур проводил взглядом отъехавший автомобиль, что-то сказал обслуге, поручкался с каким-то знакомым водителем и скрылся в помещении.
Нина увидела машину Гордеева, промелькнувшую мимо, быстро закрыла магазин, слетела с крыльца, бегом понеслась в сторону дома Савостиных.
Калитка была открыта. Вошла во двор, увидела возле «Мерседеса» Настю и охранника.
Настя повернулась к ней настороженно и неприязненно, спросила:
— Чего тебе?
— Два слова.
— Говори.
— Подойди.
Настя нехотя подошла.
— Ну?
— Тут это… про Антонину ничего не слыхала?
— Какую Антонину? — не сразу поняла Настя.
— Антонину!.. Ну, Савостину. Бывшую твоего Артура!
— Не слыхала. И вообще, это не ко мне.
— Не к тебе, так к твоему драгоценному. Народ говорит, она здесь плутала.
— Ее же вроде нет, — настороженно ответила Настя.
— Для кого нет, а для кого-то есть. Артурка где?
— В кафе.
— Брякни, предупреди, чтоб жало держал наготове. А то вдруг и правда покойница вынырнула.
— Почему она, по-твоему, покойница?
— Это не по-моему. Это другие так считают. К примеру, твой муженек. А она возьмет да и воскреснет, — хихикнула продавщица и пошла прочь.
— Это шутка? — крикнула ей вслед Настя.
— Смотря для кого! А если шутка, посмеемся вместе.
Настя осталась стоять в растерянности, к ней подошел Виталий:
— Свободен?
— Езжай.
Охранник открыл ворота, сел за руль автомобиля, выехал во двор, исчез в узкой улочке.
Настя взяла телефон, набрала номер.
— Артурчик… Тут вот какая странная вещь. Приходила Нина… ну, продавщица… сказала, будто кто-то видел здесь Антонину.
— Антонину?.. Тоську?
— Да, твою бывшую.
— Что за бред? — удивился Артур. — Нинка пьяная, что ли?
— Вроде трезвая. Предупредила, чтоб ты был в курсе.
— А кто Антонину мог видеть?
— Не сказала. Какие-то люди видели.
