Она пыталась
Вот тогда-то я вспоминаю, что сказал Торбен сегодня утром. Что совсем недавно он видел на своей территории келпи. Теперь-то я понимаю, что это был Вартул, посланный Мирасой шпионить за нами. Но как он узнал, что мы прячемся в поместье Дэвенпорт?
Мираса делает шаг ко мне, отчего я напрягаюсь. К счастью, она не подходит ближе. Вместо этого водяная фея складывает руки перед собой.
– Я бы оставила девчонку в живых, согласись ты поехать с ней.
– Я пыталась, – отвечаю я. – Я согласилась, но она…
– Ах, – кривит губы в усмешке Мираса. – Тогда она нарушила второе условие.
– А значит, ты убила ее.
Она раздраженно вздыхает.
– Она сама навлекла на себя подобную судьбу. Ей было известно, как опасно раскрывать свое истинное имя.
Я прищуриваюсь.
– Как это произошло? Когда?
Мираса снова указывает на валун и пень рядом с ним.
– Может, все-таки присядем? В последнее время я не очень сильна вне своего пруда.
Что-то вспыхивает в моей груди – кипящая смесь надежды, ярости и… и чего-то более темного. Мысли о мести. Когда-то, будучи уверенной, что Трис убила моего отца, я испытывала к ней подобные чувства. Именно поэтому ночь за ночью я приходила к бойцовской яме в Отделе Гнева, стремясь научиться всему, чему только возможно. Сомневаюсь, что полученные знания помогут мне сейчас, но, по крайней мере, я поняла, как важно отыскать слабости противника. И Мираса только что намекнула на одну из своих.
Я скрещиваю руки на груди.
– Хорошо.
Когда мы занимаем свои места в ее импровизированной зоне отдыха (она на валуне, я – на пне), ее улыбка становится шире, но взгляд холодных глаз все еще прикован ко мне.
– Будь я жеманным человеком, предложила бы тебе чаю, – замечает она с насмешкой.
– Говори уже.
– Хорошо. Хочешь узнать, как твоя горничная стала мне прислуживать?
– Я хочу знать все.
Мираса приподнимает бровь.
– Уверена? Правда может стать тяжелым бременем, которое после придется нести. – Когда я отказываюсь отвечать на ее вопрос, она закатывает глаза и говорит: – Я искала тебя уже год, когда наткнулась на твою горничную. Это произошло два года назад. В ходе поисков я обнаружила, что ты стала принцессой, падчерицей зримой правительницы Весеннего королевства. – Последнюю часть Мираса произносит с рычанием. – Я пыталась навестить тебя, но даже не смогла войти на территорию дворца. Он был защищен чарами. Каждая моя петиция к королеве была отклонена. Ты тоже редко покидала стены дворца, так что я не могла встретиться с тобой лично. Поэтому мне оставалось только ждать. В лесу Фейрвезер я нашла водоем, из которого могла спокойно наблюдать в поисках любого шанса вернуть тебя. Именно тогда я обнаружила, что после наступления темноты твоя горничная встречается с посыльным, чтобы отдать ему письма, которые сама не может отправить из дворца. Я перехватила первое письмо. Оно было адресовано ее кузине Даниэль. Молодой женщине, о которой я уже успела узнать, разыскивая тебя.
При упоминании Даниэль в моем животе образуется дыра.
– О чем говорилось в письме?
– Твоя маленькая подружка раскрыла все твои секреты. В письме подробно описывалась твоя магия, все то, о чем ты совсем недавно рассказала ей.
Мое сердце сжимается, частично от печали, частично от гнева. Я доверяла Мэрибет. Считала ее своим другом. Я искренне полагала, что все вопросы, которые она мне задавала, были вызваны простым любопытством. Я даже не подозревала, что она выманивала мои секреты, чтобы после передать их Даниэль.
Но, когда мы с Торбеном видели Сэнди и Даниэль, ни одна из них не упомянула, что знает о моей магии.
– Ты уничтожила то письмо?
Королева кивает.
– И оборвала жизнь посыльного. В них я видела угрозу для тебя. Так что была готова убить и Мэрибет, когда в следующий раз нашла ее в лесу с письмом в руках. Мы с Вартулом поймали ее, взяли в плен. Но содержимое ее последнего письма изрядно удивило меня. В нем она отказывалась передавать какую-либо информацию о тебе. Она настаивала на том, что ты – хороший человек, добрый друг, так что она больше не верит рассказам своей кузины. Увидев это, я поняла, что могу сделать ее своей союзницей. Поэтому я… убедила девчонку раскрыть мне свое истинное имя.
– Убедила ее? – Я бросаю на Мирасу многозначительный взгляд. – Каким образом?
– Я угрожала ей, ясно? Сказала, что пойду к королеве и расскажу о предательстве одной из ее горничных. Тогда ее казнят за разглашение информации о принцессе, но если она раскроет мне свое истинное имя, я использую его, чтобы воссоединить дорогую принцессу с ее матерью.
– Она согласилась, вот так просто?
Уголки губ Мирасы приподнимаются.
– Возможно, делу помог… страх.
Вартул хихикает у меня за спиной. Полагаю, они угрожали утопить Мэрибет, что побудило девушку сдаться.
Мираса продолжает:
