– Я не знаю, – говорю я, вставая из-за стола с гораздо меньшей поспешностью. Не потому что наша ситуация не требует срочных действий, а потому, что я все еще пытаюсь осознать, что кто-то, кроме Трис, может быть виновен в контроле над Мэрибет. Я не видела Даниэль Хардингсон уже четыре года. Скандал произошел прямо перед тем, как мы переехали в Тулиас, где мой отец впервые стал признанным мастером королевы. Могла ли Даниэль все это время таить на меня обиду? Неужели она зашла так далеко, заставив свою кузину меня отравить?
Я вспоминаю все, что сказала Мэрибет, и пытаюсь соотнести это с новой версией случившегося.
– Я вернусь сегодня вечером.
Голос Торбена эхом доносится откуда-то из конца коридора.
Я смотрю на пустой дверной проем кухни, понимая, что он уже ушел. Приказывая своим ногам шевелиться, я бегу трусцой, чтобы догнать Охотника. Я нахожу Торбена в гостиной натягивающим пальто и пронзаю его свирепым взглядом.
– Что значит вернусь сегодня вечером?
– Я немедленно выезжаю в Гринхоллоу. Попытаюсь поговорить с Бартоном Хардингсоном, а также с его женой и дочерью. Посмотрим, удастся ли мне что-нибудь выведать. К тому же Мэрибет может быть там. Если так, я почувствую ее запах. Если твоя горничная попытается замаскировать свой запах цветами, я пойму и таким образом удостоверюсь, что это она.
Я упираю руки в бока.
– Я не заметила тот момент, когда ты решил пойти без меня.
Поправляющий воротник пальто Торбен замирает. Он встречается со мной взглядом, отчего у меня перехватывает дыхание.
– Там для тебя будет небезопасно.
– В любом случае здесь я не останусь.
– Еще как останешься. Хардингсоны знают тебя. Если Даниэль узнала тебя после короткой встречи за чаем, то и ее семья вспомнит тебя даже после всего, что произошло. Судя по твоему рассказу, ты не можешь изменить первое впечатление, которое о тебе сложилось.
– Так и есть, но…
– И они знают тебя как Астрид Сноу, верно?
– Да, но… Я не могу просто сидеть здесь и ничего не делать.
Закончив поправлять пальто, Торбен подходит и останавливается всего в футе от меня.
– Именно это ты и сделаешь. Даже если Хардингсоны не имеют никакого отношения к убийству твоего отца, мы не можем раскрывать твое имя или местонахождение.
Я открываю рот, но проходит несколько мгновений, прежде чем я нахожу нужный аргумент.
– Охотник, разве в нашем соглашении не говорилось, что мы будем проводить расследование вместе? Ты же можешь узнать информацию, которая что-то значит только для меня. Помнишь?
– Я поделюсь всем, что мне удалось узнать по возвращении, – отвечает Торбен. Он задерживает мой взгляд еще на мгновение. Этот мужчина смотрит на меня так пристально, что кажется, будто весь воздух вдруг исчезает из комнаты. После этого он протискивается мимо меня в коридор.
Я следую за ним по пятам.
– Оставить меня здесь из-за болезни – это одно. В таком состоянии я скорее стала бы помехой, чем помощником. Но на этот раз я действительно могу быть тебе полезна. Я не могу бездействовать.
Торбен направляется прямо к входной двери.
– Ты мне очень поможешь, если останешься в безопасности.
– Торбен, пожалуйста, не оставляй меня здесь.
Должно быть, он слышит отчаяние в моем голосе. Или чувствует его запах. Потому что замирает, держась за дверную ручку, а после медленно поворачивается ко мне лицом.
Воспользовавшись моментом, я сокращаю дистанцию между нами.
– Пожалуйста, позволь мне помочь. Речь об убийстве моего отца. Даже если со мной что-то случится, это не имеет значения…
– Имеет, – возражает Торбен резким, ледяным тоном. – Я делаю все это для тебя.
Не знаю, как отнестись к услышанному. Как расценивать проблески пылкой заботы, которые я вижу в нем весь день. Я пытаюсь напомнить себе, что Торбен ведет себя так из-за моей магии, из-за того первого впечатления, которое я произвела на него, будучи совсем маленькой.
Торбен тяжело вздыхает и проводит рукой по лицу.
– Хорошо, – говорит он, и это слово выходит похожим на рычание. – Я возьму тебя с собой только при одном условии – если будешь контролировать свою магию и покажешь свое истинное лицо.
От удивления у меня расширяются глаза.
– Что? Почему?
– Основываясь на том, что я видел: отключая свою магию, ты стираешь и впечатление, которое произвела. Значит, любой, кто знает тебя только по своему отражению, понятия не имеет, как ты выглядишь на самом деле. Только так Хардингсоны не увидят в тебе свою версию Астрид Сноу и не станут болтать, что сбежавшая принцесса нанесла им визит. Но если ты пойдешь со мной, мне придется создать себе прикрытие. Слишком подозрительно, что Охотник ведет расследование с компаньонкой. Если отправимся туда вместе, тебе придется лгать за нас двоих.
