Вкус Парижа полностью

Я глядела на этих двух мужчин и размышляла о том, как часто нас привлекают те, кто не походит на привычный для нас тип. Хоть я и могла признать, что бариста красив по-австралийски, что он буквальное воплощение небрежного и спортивного серфингиста, меня его внешность почти не привлекала. Возможно, оттого что я росла среди таких парней и в них для меня отсутствовал всякий интернациональный шарм. Зато этот француз был окутан тайной, зажигавшей что-то внутри меня. Моим первым впечатлением были таившиеся в нем крупицы необузданности, дикости, которые делают интересным общение с таким человеком.

Он быстро выпил эспрессо и небрежно выкатился на улицу, а через несколько минут – дав себе достаточно времени на то, чтобы поднять челюсть с пола, – я наконец набралась храбрости и решила спросить у бариста про работу.

– Классный кофе, – заметила я.

– Точно! – кивнул он. Очевидно, скромность не входила в список его добродетелей.

– Э-э-э, я видела в окне объявление, что тут требуется бариста. Я могу оставить заявку? – Я выудила из сумочки резюме.

– Конечно. У вас есть опыт приготовления кофе?

– Ну, до недавнего времени я работала в издательстве, но во время учебы в университете подрабатывала в сфере услуг. Так что да, я готовила кофе и раньше.

– Кофе не почасовая работа. Это стиль жизни.

Я подавила усмешку. Типичный австралийский бариста, считает, что кофе – это жизнь.

– О, абсолютно верно, – поддержала я его и неубедительно добавила: – И такой стиль жизни мне нравится.

Он взглянул на меня, держа в руке питчер с дымящимся молоком, и сказал под шум кофемашины:

– Тогда ладно. Почему бы вам не прийти на пробу? Мы поглядим, что вы умеете. Вы из Мельбурна или Сиднея?

– Из Мельбурна.

– Хорошо, – улыбнулся он, слегка вскинув брови.

Слава богу, мне хватило здравого смысла родиться в кофейной столице Австралии. Кажется, это прибавило мне несколько баллов.

– Так когда мне прийти? – задала вопрос я.

– Как насчет завтрашнего утра? К одиннадцати, после утреннего часа пик.

– Конечно. Тогда до встречи.

– До завтра. И не парьтесь насчет одежды, – добавил он, глядя на мое летнее платье с принтом из зеленых листьев. – У нас тут все просто.

Кто мог бы предсказать, что я буду выглядеть слишком стильно для особы, которая ищет работу? Или, может, я просто нехиппово одета на взгляд мельбурнского хипстера?

– Я Элла, между прочим. Приятно встретить соотечественника.

– Точно, – снова кивнул он, на этот раз без всякого интереса. – Я Крис.

Я ушла из кафе, не решив, нравится мне Крис или нет. С ним, казалось, легко поладить, но, когда речь шла о кофе, он был чуточку с придурью. Слишком фанател. Тем не менее я испытала облегчение, когда выпила чашку хорошего кофе и поговорила по-английски.

А воспоминания о том красавце-французе было достаточно, чтобы радоваться, что я зашла в то кафе и поговорила о вакансии. И я надеялась увидеть его снова, когда вернусь туда завтра.

День был полон позитива; я почти не сомневалась, что получу работу в кафе. И стал только лучше, когда я проверила почту. Я с радостью обнаружила, что отозвался хозяин одного из самых красивых домов, которому я послала запрос на аренду жилья; меня спросили, могу ли я прийти и посмотреть комнату. Я ответила, что могу, и Майк, мой потенциальный сосед-американец, прислал мне адрес.

Я отправилась в Латинский квартал, где меня ждала съемная комната, и по дороге прихватила сэндвич, чтобы съесть его в Люксембургском саду. «Превосходное место», – думала я, пересекая легендарный сад с его безупречными клумбами и величественными рядами идентичных деревьев. Я уселась в одно из знаменитых зеленых парковых кресел у центрального фонтана, где парижские дети с радостным писком пускали игрушечные катера. Забавно было смотреть, как они, водя руками по воде, терпеливо ждали, а иногда и не очень терпеливо, когда их катера приплывут к берегу.

Американца Майка я поджидала на Рю Муфтар между кафе и моим возможным новым домом. Ждала и размышляла: может, сумею так устроить свою жизнь в Париже, что мне совсем не придется говорить по-французски. Появился Майк, высокий, стройный и симпатичный блондин. Он нес себя с типично американской самоуверенностью.

Когда мы поднимались по лестнице, он с деловым видом набросал мне расклад:

– Там четыре комнаты. Новый жилец займет свободную и будет пользоваться всеми коммуникациями со мной, моей подружкой и остальными соучредителями нашего проекта. Все мы очень предприимчивые и иногда работаем из дома. Надеюсь, тебе будет любопытно посмотреть, как люди творят магию.

Я искоса взглянула на Майка, чтобы проверить, не шутит ли он. Нет, он не шутил.

– Так что у вас за проект? – поинтересовалась я.

– Это совместный конгрегационный проект. Ну, понимаешь… Он для людей вроде нас. Мы ломаем в Париже барьеры традиционной рабочей обстановки.

– Похоже, это может стать классным источником возможностей для здешних экспатов, – заметила я.

– Угу, пожалуй, – отозвался он. – Но не только.

Я не знала, что ему ответить, и неловко кивнула.