Могла, но какой-то уголок души, в котором затаились страх и отчаяние, удерживал ее, говоря, что ради любви нужно отказаться от всего остального.
Ребекка Синклер отступила за кустарник и опустила фотокамеру, но глаз с сидевших в беседке Рона и Клэр не спускала. Ей все еще не верилось в то, свидетелем чего она только что стала и что было зафиксировано теперь на сверхчувствительной пленке ее «Кодака».
Ублюдок. Скотина. Мерзавец. Подлец.
И эта сучка ему под стать. Ребекка уже навела о ней справки. Клэр Уинслоу. Судя по всему, та еще штучка. Работала с Риком О'Нилом, а потом вместе со своим любовничком нагрела студию на изрядную сумму. И вот теперь Патрик Хаммер дает ей второй шанс. Невероятно.
Ребекке никогда не давали второго шанса: каждую крошку приходилось добывать самой, не брезгуя никакими средствами.
Еще невероятнее было то, что Рон Фримен обнимал эту заокеанскую стервочку. Ласкал ее, целовал. И, похоже, получал от этого удовольствие.
В какой-то момент, поддавшись злобе, Ребекка уже шагнула из своего убежища, намереваясь подойти к беседке и устроить парочке незабываемую сцену. Клэр Уинслоу не может и не должна быть с Роном Фрименом. Она его не заслужила.
Разумеется, благоразумие взяло верх. Ребекка отступила. У нее сложился план, и она собиралась осуществить его и вволю полакомиться плодами.
Ее губы медленно растянулись в улыбке, не сулившей ничего хорошего тем, кто посмел не посчитаться с ней. Рон Фримен впустит ее в свой ресторан, да еще поблагодарит за оказанную честь.
- Ты влюблен, дружище, - объявил Виктор, когда Рон ввалился в офис с первыми лучами солнца.
- А что ты здесь делаешь? - Рон потер лицо, стараясь не поддаться усталости и не уснуть прямо на пороге.
Сидевший за письменным столом Виктор покачал головой и ткнул ручкой в толстую тетрадь.
- Провожу инвентаризацию, если ты, конечно, еще помнишь, что это такое. Ресторан должен работать, как машина, а для этого кому-то надо смазывать детали, заливать горючее и менять свечи.
- Да. Конечно. - Рон тяжело вздохнул и несколько раз моргнул. - Извини.
- Не спалось?
- Чудесная ночь. - Рон пожал плечами, понимая, что выглядит, должно быть, счастливым идиотом.
Вот так. Началось с желания отомстить, а закончилось… Весь его план пошел наперекосяк. Самоконтроль… выдержка… постепенность… Какая чушь! Вместо этого он взлетел на седьмое небо.
Близость с Клэр стала для него воплощением мечты. Чудом, изменившим его жизнь. Проводив ее до двери номера, он кое-как добрел до своих апартаментов, но так и не лег, а провел остаток ночи на ногах, расхаживая по комнате.
- Ты так и не ответил, - напомнил Виктор. - Влюблен?
- Разве это был вопрос? - Рон опустился за стол и пододвинул к себе папку с бумагами.
- Однако несогласия ты не выразил.
Рон откинулся на спинку стула.
- Не о чем спорить. - Он знал, что улыбка, похоже, крепко приклеилась к его небритой физиономии.
- А что я тебе говорил?
- Ты был прав. Я люблю ее. - Как приятно сказать это вслух! - До сих пор. Наверное, всегда любил.
- Я знал, что месть не в твоем стиле.
- Нет. Но не уверен, что любовь в моем стиле.
- Что ты хочешь этим сказать?
- Ничего. - Рон пожал плечами. - Ничего не хочу этим сказать.
Ложь, конечно. Хотел наказать Клэр, а теперь хочет любить. Все просто? И куда подевалась душившая его злость? Где недавняя боль? Обида?
Ему не за что держаться. Страховочная сетка исчезла. Он идет по проволоке с завязанными глазами. Потому что, допуская, что любит ее, не был уверен в чувствах Клэр.
Возможно, для нее все происходящее только игра. Секс - игра. Он узнает о ее чувствах лишь тогда, когда скажет, что любит ее.
И кто даст гарантию, что Клэр останется, если он попросит об этом?
- Восхитительное место! - Клэр огляделась. - Боже, как давно я не была в Сент-Джеймс-парке. Знаешь, в Нью-Йорке тоже много отличных мест, но я никогда не чувствовала себя дома.
- Что ж, у тебя есть такая возможность.
Она улыбнулась.
- Я постараюсь ею воспользоваться.
- Мне тоже здесь нравится. Когда хочется просто прогуляться или подумать, я обычно прихожу сюда. - Рон взял ее за руку и повел по дорожке мимо цветущих клумб.
- И ты всегда приходишь сюда один?
Клэр задала вопрос шутливым тоном, но ответ волновал ее не на шутку, и она опустила голову, чтобы Рон, как обычно, не догадался о ее мыслях.
- Один. - Он искоса посмотрел на нее и рассмеялся. - Боишься споткнуться?
- Что? - Клэр взглянула на него и покраснела от смущения. - Ну вот, ты опять читаешь мои мысли.
- Это не так уж и трудно.
Она отвернулась и перевела разговор на другую тему.
- Тебе, должно быть, одиноко в гостиничных апартаментах. Почему ты не купил себе дом?
Рон вздохнул. Когда-то ему хотелось иметь свой дом с небольшим садом, прудом, клумбами… Но эта мечта давно рассеялась. Точнее, шесть лет назад.
- Дом ведь не спасет от одиночества, если в нем пусто.
- Ты прав, - пошептала Клэр.
- Я всегда прав.
- Неужели?
- Конечно.
Они прошли мимо лужайки, на которой расположилась семья из четырех человек. Взрослые лежали на шезлонгах, а дети - мальчики лет шести и восьми - носились друг за другом.
