Сильные руки обхватили меня сзади за плечи и развернули. Егор взял в ладони мое лицо и смотрел прямо в глаза. И этот взгляд говорил гораздо больше, чем могли выразить слова. Я видела в его глазах обиду и боль, разочарование и радость от новой встречи, а еще надежду… Я не вырывалась и смотрела полными слез глазами, стараясь запомнить, насмотреться, надышаться… И если это наша последняя встреча, то продлить ее… хоть так, стоя совсем рядом, чувствуя теплые ладони на мокрых щеках. Запомнить его лицо, улыбку… и, кажется, я все же оторвалась от его глаз и посмотрела на эти губы, которые, клянусь, и в самом деле собиралась запомнить… А Егор внезапно улыбнулся, наклонился и поцеловал меня.
И… так меня еще никто не целовал. Мне показалось, что сердце сейчас выпрыгнет из груди, а если останется, то разобьется внутри на тысячу счастливых осколков. Я отвечала на поцелуй со всей горячностью и страстностью, что накопилась во мне за все это время… Прижималась так сильно, как только могла. Обвивая руками его плечи, чтобы он понял, что больше не отпущу... Не отпущу, что бы ни случилось, какие заклятья бы не накладывала ведьма и по каким трясинам не водил бы меня болотникам.
Здесь и сейчас на опушке леса, в богом забытой деревне не существовало никого кроме нас двоих. Я закрыла глаза, кружилась голова. Не понимала где я, что происходит вокруг… Неслась на волнах эйфории, абсолютного счастья и не верила, что такие ощущения можно вызвать лишь поцелуем…
Никогда не испытывала такого раньше. Хотелось, чтобы его руки, сжимавшие меня в объятиях, держали крепче. А жадные, ненасытные губы, продолжали целовать… Он покрывал поцелуями мое лицо, что-то говорил, гладил по спине и волосам… А я была будто не здесь, не понимала, не думала... Растворилась в нем… И это было прекрасное чувство…
– Мне плевать есть у тебя муж или нет, с этого дня и с этой минуты его больше нет. Ни для тебя, ни для меня.
Это было первое, что сказал Егор, когда мы, наконец, перестали целоваться и решили, что мир не погибнет, если мы откроем глаза и посмотрим друг на друга.
Во взгляде Егора я видела любовь. Не знаю, как выглядит любовь и вряд ли смогу описать словами, но уверена, что видела именно ее. В моих же глазах, похоже, плескалась пустота и слабоумие. По крайней я так себя чувствовала. Ноги подкашивались, а лицо расплывалось в глупой улыбке. Егор засмеялся и чмокнул меня в нос.
– Нет у тебя мужа! Понятно? – он повторил тверже.
– Его и не было… я приехала объяснить.
– То есть мужчина на пороге твоего дома мне соврал? – удивился Егор.
– Нет, не соврал… – я замялась, подбирая слова. – Муж у меня есть. Но только формально, на бумаге. Точнее в паспорте.
– Но живете вы вместе?
– Нет. Так вышло случайно. Совпадение.
Я смотрела на Егора и понимала, что мои оправдания звучат глупо. Поверила бы я сама в такие? Не знаю… Егору бы поверила, а вот Сёме… скорее всего нет.
– Понимаешь. С мужем мы прожили всего полтора года, хотя до этого долго встречались. Не знаю, считается или нет. Но… сейчас он ушел жить к любовнице. А сегодня вот решил вернуться. Цветы приволок, извинялся, говорил, что любит…
– А ты?
– А я как узнала, что ты приходил… Сразу сюда помчалась, с температурой ехала…
Почувствовала, что меня начинает захлестывать отчаяние. Очень хотелось, чтобы Егор поверил. Хотелось объяснить, убедить, развеять любые, пусть даже малейшие, сомнения.
– Кстати, да… ты же говорила, что болеешь… А сейчас под дождем стоишь, вся намокла. Воспаление хочешь подхватить? А я тоже дурак. Пошли, домой. Чая тебе сделаю.
Говоря это, Егор снял куртку и укутал меня в нее, как маленькую.
– Я хорошо себя чувствую, а ты замерзнешь.
Я попыталась сопротивляться, но Егор бросил такой взгляд, что я умолкла. Он взял меня за руку и повел обратно в деревню. На плечах приятной тяжестью ощущалась большая и теплая мужская куртка. Она пахла Егором… и лесом, и мокрой шерстью…
Мы шли медленно и разговаривали.
– Егор, знаешь… Со мной творится что-то странное. Я заметила, что самочувствие улучшалось по мере приближения к деревне. Дома почти умирала, температура высоченная, голова раскалывалась. А сюда приехала и всё как рукой сняло. Это странно ведь? Никогда со мной такого не было.
Он вздохнул, бросил на меня виноватый взгляд и сказал неохотно:
– Не хочу тебя пугать, но… знаешь, такие симптомы могут быть частью заклятья. То есть выбраться ты сумела, но все равно будешь болеть и постоянно думать о возвращении.
– А это заклятье… его можно как-то… ну не знаю… снять?
– Сложно всё. И в первую очередь надо понять, кто его наложил и для чего.
– И, кстати, болотник говорил, что вода в деревне проклята. Помнишь? Может, всё связано?
– Может… Про воду я как-то и подзабыл за всеми событиями.
– И что теперь делать? Колодец закрывать? На каких основаниях? И как местные будут обходиться?
– Марго, я не знаю, что делать. Будем разбираться.
– А ты куда шел, пока я тебя не окликнула?
– На хутор к Томке.
– Думаешь это она?
– Не знаю… хотел поговорить.
– А можно я с тобой пойду? – предложила я Егору.